b000002491

Нынче же он отчетливо и спокойно осознал, что отодвинуть ниче- го нельзя и, если не отправить сегодня, то, может быть, завтра сде- лать это будет уже поздно. — Худо тебе, Тереша? — спросила жена, присев на черный стул у кровати больного и утирая глаза голубым платком. — Сейчас от- правлю, ты не тревожься, прими вот лекарство. — Гале денег телеграфом переведи, рублей пятьсот или болыне. С детьми поедет, расходы набегут немалые. Жена его, Екатерина Ивановна, добрая, молчаливая женщина с больными ногами, в по- следние годы сильно располнела, и хотя лет ей было меныне, чем мужу, в ее облике, в манере одеваться, во всей фигуре ясно обри- совывались беспощадные признаки старости. Она была человеком простым, малозаметным, ничем не сверка- ла, а тихую жизнь свою посвятила, как сотни тысяч ей подобных, — мужу, дочери, внукам. Но как бы там ни было, они вместе прожи- ли, словно рука об руку по лесной тропинке прошагали, болыную и трудную жизнь. Дочь Галина жила в Армавире, работала в школе преподава- телем английского языка. Гурин не однажды бывал в этом городе на Кубани, гостил у нее в конце лета или в начале осени, когда юж- ные базары полны арбузов, дынь, фруктов, винограда. В эту пору прилавки день-деньской завидно дышат запахами обильного зем- ного плодородия. Днем дед охотно гулял в городском парке с вну- ками, терпеливо снося их маленькие капризы. Хорошо ему там работалось на веранде, густо увитой кудря- вым хмелем и молодыми виноградными лозами. По утрам на боль- шом крутлом столе появлялся свежий букет цветов, с него изредка с мягким стуком падали на льняную скатерть холодные прозрач- ные капли. Если бы он пожелал, то мог бы составить отдельный сборник рассказов, написанных в разные годы в Армавире городе вет- ров. Но он не сделал этого, потому что их география и тематика были все-таки не кубанскими, а типично мещерскими, с явны- ми приметами среднерусской полосы. Только один из рассказов он посвятил Армавиру, городу, который называли Красной Ван- деей — была такая печальная страница в его многострадальной истории. Город не раз переходил из рук в руки: то его занимали красные, то белая конница. Об этом Гурин впервые узнал из мате- риалов краеведческого музея, посетив его в дни первого приезда. Помнится, на него тогда с музейных стендов пахнуло романтикой