b000002491

И он вдруг представил, что в одночасье не стало бы из-за вспыш- ки бешенства всего, что окружает его сейчас, составляет нераздель- ную часть его жизни, его самого, — и на какой-то миг ему стало страшно, и он застонал, как от физической боли. Он вскочил, словно ужаленный, и тотчас вспомнил про гостя. — Ты здесь, Федя? Но ему никто не ответил. Сергей надел брюки и пошел в клеть. Но ни там, ни во дворе, нив садуФедора Андреевича не было. «Обиделся он, что ли?» — за- беспокоился хозяин. Чувство безграничной благодарности к другу нахлынуло на него. Казалось, Федор ничего особенного не сделал, он больше слушал, чем говорил, но после его немногих слов все как-то чудодейственно, под влиянием каких-то подспудных сил, изменилось. Может быть, эти силы были в самом Сергее, но они дремали в тайниках его души, а Федор своим приходом, непре- клонной убежденностью в своей правоте разбудил их. И потому у Сергея нынче на душе было так светло и спокойно, что он даже, ходя по комнате босиком, тихонько запел. Впрочем, может быть, Федор тут был ни при чем, а происходи- ло все потому, что Сергей сегодня хорошо выспался. 7 К тому времени, как Федор Андреевич вышел из села, Фрося уже заканчивала пашню. Нетронутой у нее оставалась лишь узкая полоска земли, длиной примерно с километр, уходящая вдаль, к са- мому лесу. Еще четыре или пять кругов, и все будет закончено. Кураев увидел трактор и догадался, что в кабине была Фрося. Он подумал: «А все-таки она славная. Пашет всю ночь, хлопочет, заботится». Все планы Кураева нарушились, он не получил почти ничего из того, о чем мечтал, задумав свое весеннее бегство из города, од- нако настроение, к его немалому удивлению, было хорошим. Те- перь Федор Андреевич все яснее начинал понимать, что все несо- стоявшиеся деревенские удовольствия мелки, что они, в сущности, ничто по сравнению с тем, что случилось с ним вчера и сегодня. И его внезапная досада на Сергея, и вновь вспыхнувшая симпатия к Фросе — все это было необходимо и дорого ему. Всознание его постепенно проникала и мало по-малу укрепля- лась мысль, что при всех сложных обстоятельствах жизни надо ос- таваться человеком, и тогда все будет хорошо. Он понял, что только