b000002491

— У тебя это ловчей выходит. У меня что-то руки дрожат. Промажу. — Одно наказание с тобой, ей-богу. Пришлось Семену Кузьмичу еще раз отправиться с Василием. Они шли вниз по течению речки Говорушки в тени высоких деревь- ев, по временам спотыкаясь о корни. Миновали луговину и опять вошли в ольховую чащу. Чуть подалыпе тропинка спустилась к са- мой реке, и через нее путь лежал по мосточку. Сколько их, таких мостиков, на Говорушке! Доводилось не раз и Семену Кузьмичу строить эти легкие переправы, а по весне — чинить их. Он перешел речку по кладям и стал искать цаплю. Ее на берегу не было. Наконец он увидел птицу за зелено-сизым можжевеловым кустом. Она стояла неподвижно на одной ноге и почти сливалась с подлеском. Заметить ее тут было не так-то просто. Услышав шум шагов, цапля заковыляла в сторону. Теперь Семен увидел, что она припадала на одну ногу. Он стал ловить ее, и вскоре ему удалось схватить цаплю за здоровое крыло. Ловец прижал красноглазую птицу к груди, осторожно придерживая клюв, которым она норо- вила его долбануть; с ее клювом шутить нельзя — вмиг останешь- ся без глаза. — Держи ее! — торжествующе кричал с другого берега Василий. Когда Семен Кузьмич шел по кладям обратно, цапля вдрут ста- ла сильно биться в его руках, стукнула рыбака крепким клювом в живот, вырвалась, быстренько перемахнула в камыш — и была такова. Пунькин, потеряв равновесие, грузно бухнулся в воду. Хо- рошо, что речка в этом месте была неглубокая, а то хлебать бы ры- баку холодную уху без всякой приправы. Ну и ладно,— растерянно бормотал Василий, помогая Пунь- кину вылезти на берег. — Пускай себе живет заморская красави- ца. Шут с ней! Друзья развели костер, и Семен Кузьмич принялся сушить свое рыбацкое одеяние. Он решил все-таки продать дом Василию и те- перь в уме прикидывал, как это лучше сделать, чтобы свою честь не уронить и приятеля не обидеть.