b000002489

Б. Гиляревский сяс^евовсясясвс^с^езтасяс^сзсясжясясясясзсзсзсзсвсвовсяезевезовез Добирались мы туда по давно изученному и «натоптанному нами» пути. Под мостом у Муромского спуска садились на троллейбус (который тогда ходил до За­ городного парка), выходили на конечной остановке и шли по кратчайшему марш­ руту, который знали только мы. Если туда мы добирались еще в светлое время суток, то обратный путь был значительно труднее, поскольку в кромешной темноте приходилось преодолевать многочисленные водные преграды, болотца и канавы с водой, которые после таяния снега были весьма глубокими. Нелегко было пробираться и через ночную чащу ле­ са, когда ветки деревьев хлестали по нашим лицам и мы боялись, как бы не нако­ лоть глаза. В общей сложности дорога в оба конца занимала около трех часов. Ну а сколько времени занимала сама охота? Не более получаса! Спрашивается, оправдывала ли себя такая изнурительная ходьба ради нескольких минут удоволь­ ствия? Оказывается, да! Вот мы пришли на наши знакомые места. Расходимся и выбираем каждый се­ бе какой-нибудь кустик, около которого будем стоять. В целях безопасности каж­ дый голосом обозначает место своего нахождения, как бы говоря друг другу: «Я здесь - в мою сторону не стреляй». Солнце начинает опускаться за горизонт и лес погружается в прохладную тишину, только слышно разноголосое пение различных птичек. Иногда слышится то нарастающее, то убывающее «блеяние» высоко летающего в темнеющем небе бекаса. Оно создается тогда, когда «токующий» бекас при резком пикировании вниз начинает распускать перышки своего хвоста. Создается своеобразная вибрация воз­ духа, издающая такой звук. И все же голоса птиц заметно стихают, только продолжает петь свою песню ручеек, протекающий недалеко от меня. Лес заметно темнеет и только еще верхуш­ ки деревьев хорошо видны на фоне синевы неба. Вот послышался до боли знакомый звук «хор, хор, хор» (надо сказать, что вальдшнеп или, как его еще называют, лесной кулик, при полете, ища самочку, из­ дает и другой звук - «цик, цик, цик»). От волнения сердце начинает учащенно бить­ ся. Вальдшнеп появился надо мной, но я поздно его заметил, и он полетел в сторону Андрюши. «Береги!», - крикнул я ему, и в это время прозвучал «дуплет». После второго выстрела я видел, как птица падает. «С полем!», - поздравляю я Андрюшу. Опять все стихло, и мы продолжаем вслушиваться в тишину. «Цик, цик, цик» слышу я, но пока ничего не вижу. И вот из-за верхушек деревьев прямо на меня ле­ тит вальдшнеп. К такому положению я не был готов. Если бы птица летела от меня или в сторону, а тут, как говорят, прямо «на штык», поэтому стрелять трудно. Но рассуждать некогда, я делаю некоторое «упреждение» и нажимаю на курок. И тут пораженная первым выстрелом птица падает прямо к моим ногам. Я был счастлив. Стало совсем темно. Охота закончилась. Когда подошел ко мне Андрюша, и я рассказал ему о моем выстреле, он поздравил меня, сказав, что это называется «королевский выстрел». ~ 126 ~