b000002489

Б. Гиляревский! сясяозадедс^сйсясяевсясясвевсвсвсвезсвезсвсвезезсзсвсзсвезсвсвезсв же, когда я со своим приятелем Виктором Тимкиным поехал осенью на охоту, он уговорил меня взять Альму с собой. Помню, что тогда мы ехали на автобусе до деревни Ильино, а затем шли мимо какого-то заброшенного погоста и большого искусственного водоема в направлении деревни Пшеницино. На «стойке». Пойнтер Альма В этих местах мы с Виктором бывали часто и всегда там находили выводки тетеревов. Но в этот раз нам не везло. А причина, наверное, была объяснима: Аль­ ма была уже стара. Я заметил, как буквально из-под ее носа вылетел вальдшнеп, и она совершенно равнодушно проследовала дальше. Мы уже смирились с этим и решили кончать охоту и идти домой. Проходя мимо небольшого мохового болотца, Альма что-то причуяла и как будто преобра­ зилась, стала активно искать, затем вытянув голову, в напряженном состоянии, не­ сколько пригнувшись, тихо стала двигаться вперед и затем замерла в стойке. Мы с Витей удивились. Это была та молодая наша Альма, которой мы любовались и восхищались в ее лучшие годы. Я дал команду «Вперед». За кустом, как мне показалось, промелькнул боль­ шой черныш-тетерев, по которому я сразу выстрелил. Альма первая бросилась ис­ кать упавшую птицу. Когда я подошел, то увидел, что это не тетерев. На зеленом фоне моховой растительности отчетливо выделялось черное оперение глухаря. Конечно, я испытывал какое-то угрызение совести, что вместо тетерева был случайно убит глухарь, на которого не разрешалось охотиться. Вот так я принял грех на душу. Так получилось, что это стая мой первый и единственный в жизни глухарь, а для моей Альмы —это была ее великолепно спетая «лебединая песня», ее послед­ няя охота. У меня до Альмы и после нее было много собак различных пород, каждая отличалась своими достоинствами. Но такой безупречной, как пойнтер Альма, ко­ торую я по-праву называл «профессором», у меня не было. ~ 112 ~