b000002487

нетерпения он не сдержался, и обратился к своему Бискупу, и завел было речь: «Наипревелебнейший Арцебискуп ют давно на парафии». Бискуп понял, к чему клонит речь, не дал договорить ксендзу, что хотел он сказать, но, замахав обеими руками, сказал только: «Навсегда ту оставайтесь». После этого прошло еще несколько минут, и посетившие Бискупа простились с ним и расстались. Замечательно, что после этого не было ксендзу ника­ кого уже со стороны его начальства намека о его прошлом, и он покойно продолжал в своем приходе службу. Весь этот рассказ слышал я от своего обер-священника, а ему рассказывал об этом сам владыка. В январе квартирное мое положение, которым я тяготился за отдаленно- стию его от городского центра, значительно для меня облегчилось. Наш полк переведен был из Лазенок в Волынские казармы, ближе к замковой церкви, чем на две трети, и это случилось пред тем временем, когда предстояли для меня большие труды по церковной службе. Обер-священник распорядился, чтобы я с недели Мытаря и Фарисея при ежедневном служении литургии, в будничные дни заготовлял святые Дары для тех священников, полки кото­ рых квартировали в местностях, где не было православных храмов. Подвиг этот был великий, но при указаниях опытнейшего начальника, как это свя­ тое дело можно исполнять удобно и успешно, я исполнил до наступления великого поста возложенную на меня обязанность, так что, несмотря на вели­ кое множество находившихся тогда в Польше войск, все священники полков были вполне удовлетворены и наделены святыней. В Замковой церкви за все это время моего служения в ней продолжало совершаться моление об упокоении светлейшего князя Варшавскаго, графа Паскевича Эриванска- го. Девятнадцатого января он христански почил о Господе в И часов дня. В этот же день вечером обер-священник вместе со мною отпел у его смерт­ ного одра панихиду, после которой явились доктора для бальзамирования тела усопшего. Бальзамирование продолжалось до двух дней. И прежде бальзамирования лицо усопшего было с выражением до­ бродушия и спокойствия, а после бальзамирования усопший показывался как бы спящим. Двадцать второго числа прибыл к усопшему Высокопре­ освященный архиепископ Арсений с назначенным духовенством, в числе которых был с обер-священником и я. Совершена была в покоях краткая лития, и тело усопшего на серебряных носилках генералами было пере­ несено в придворную его церковь, где и поставлено было на возвышенном с несколькими ступенями месте. Церковь в это время сплошь вся задрапи­ рована была черным сукном, и снаружи ниоткуда уже не проникал в нее свет. Освещение было от горящих свеч, которых, кроме находившихся на паникадиле и у икон, было уставлено вверху по карнизам церкви, в неболь­ ших накладного серебра подсвечниках до шести сот. По постановлении гроба на место и по занятии около него на ступенях своих мест четырьмя