b000002487

под названием бывшего польского банка, обращенное в военноскладочный магазин. По прибытии моем в штаб полка, сейчас адъютантом был позван офицер квартирмейстер, который и отправился с нами в местечко Закро- чим, в трех верстах от крепости, где приготовлена была для нас квартира. Местечко это все почти заселено евреями. У еврея в доме была и наша квартира, которая и прежде нас отводима была полковым священникам. Помещения для нас с прислугой здесь было достаточно, но устройство квартиры было своеобразно, и для нагревания ее был только один камин без вьюшек и крышек. Готовить кушанье в нем по-жидовски жена моя не умела, и самое соседство с одними только евреями, без привычки, было неприятно. На беду нашу, к этому времени подоспел у евреев судный день, в который они своим воем и стонами совсем вскружили голову моей Пав­ лы, особенно тогда, когда по делам службы уходил я на продолжитель­ ное время и ей одной приходилось выслушивать этот новый и незнако­ мый суточный концерт. Печаль свою от неприятного соседства поведал я командиру полка. Он сочувственно отнесся к нам, и чрез немного дней, по сношению с крепостным начальством, мы перемещены были на жительство в самую крепость. В пятом этаже отведена была нам квартира, и подъем к ней, по числу ступеней, был тяжел и утомителен, но зато из наших окон все устройство цитадели, с находящимся в самом центре военным собором, прекрасно было видно, и всякое движение находящихся в крепости войск было всегда пред нашими глазами. А чтобы я не забывал, что я полковой священник и в случае Царской воли должен быть и под огнем неприятель­ ским, для напоминания о сем наглядно, пред лицевою стороною нашего корпуса целая площадь занята была разной величины бомбами и ядрами Для артиллерийских орудий, уложенными в пирамидальных формах. Та­ кая же пирамида этих грозных снарядов находилась и в заднем отделении нашего помещения, обращенного окнами к земляному крепостному валу. Два окна было в этом помещении, а посредине оного был поставлен лафет с пушкою. Все чины нашего полка дружески и с соблюдением полного по­ чтения относились к нам, а духовенство крепостного собора своего теплого к нам любовию заменили нам отдаленных наших родителей. Это были ангелы-руководители наши, и вечно незабвенны для нас имена их. Под вли­ янием первых впечатлений от новой жизни писал я тогда, между прочим, своим родителям: «Верно слово и всякого приятия достойно, что молитвы родителей утверждают счастие детей. Это я, кроме свидетельства других, могу теперь утверждать за истину из своей жизни. Я уверен, что нам теперь потому хорошо, что вы, дорогие наши, своего молитвою испросили у Го­ спода нам это благо. Других причин, на которых бы можно было полагать основание нашему счастию, я не могу найти ни в самом себе, ни вне себя. За Молитвы ваши о нас, наши милые, мы не можем быть не признательны вам