b000002487

События 1917 года резко изменили жизнь семьи священника. От голода уми­ рают сын Серёжа и дочка Люба. Прода­ ются самые ценные личные вещи, пода­ ренные прежде о. Павлу К. К. Ушаковым и А. И. Кузнецовой. Трагически сложилась жизнь и старше­ го сына Василия. Он окончил юридический факультет Петербургского университета и работал в Севастополе в Крепостном управлении. Ещё до 1917 года стал офицером царской армии и командовал в Севастополе кабель­ ной ротой. В ноябре 1920 года был издан приказ, по которому все лица, служившие у «бе­ лых», должны явиться в Ялту для реги­ страции. Василий догадывался, что могло ждать его - белого офицера, но в глубине души надеялся, что всё обойдётся. Попро- Василий Ундольский - офицер пишись с родными, он поехал на регистра- роты связистов в Севастополе Чию- Больше его никто не видел. Как потом стало известно, заседавшая в Ялте «тройка» приговорила всех бывших офицеров царской армии к расстрелу. По решению комиссии по изъятию церковных ценностей была экс­ проприирована и драгоценная церковная утварь. В 1927 году бесследно пропали бесценные иконы великих мастеров. Были сброшены и увезены на переплавку церковные колокола. Казалось, сама природа не вынесла этого варварства. Именно в 1927 году в Крыму произошло землетрясение силой до 10 баллов. Было много разрушений, имелись погибшие и раненые. Пострадал и особняк Кузнецова в Форосе. Не выдержала подземных толчков даже скала Монах в Симеизе. Удивительно, но храм Воскресения Христова на Красной скале устоял и почти не пострадал. Вот как описал это Николай Павлович Ундольский: «Однажды в сентябре 1927 года я вернулся из Фороса домой около 12 ча­ сов ночи. Занимал я тогда кабинет моего отца, а он и мать спали в спальне. Не успел я как следует заснуть, слышу, кто-то выламывает оконную раму кабинета, а я не пойму, в чём дело. Потом в полу раздался сильный толчок и начало качать всё, как на пароходе. Кто-то из наших закричал: «Земле- трясение!».