b000002486

Л знаю, что тебе не до этого, но и мое дело таково, что во Владимире поручить это некому больше, а у Насти почта очень далеко и замедлится в получении. Будут еще деньги небольшие мне по повестке, последние прими и побереги вместе с заказным. Продовольственное дело здесь из рук вон плохо, ничего не дают, просто беда. Очень хочется к Насте побывать, не знаю, как удастся это. Трудно стало жить, в деревне все заражены большевизмом и достается нам учительницам ужасно. Чистая беда! Будь благополучна! Целую тебя. Ев. Добронравова. Милая и дорогая Надя! Из Евлашинаго письма узнали о постигшем тебя горе; помоги тебе, Господи, перенести его, и укрепи тебя, теперь ты одна - все для детей. В настоящее тяжелое время счастливы те, кто уходит из этой жизни, и дорогому Дмитрию Флегонтовичу лучше будет там, а мы все, конечно, не забудем его в своих молитвах; но для тебя то велика и тяжела эта у трата. Дорогой тетеньке, Павле Сергеевне, на старости приходится снова переживать горе. Не падай, милая Надя, духом, верь, что Бог не оставит и не забудет тебя; теперь везде и у очень многих много горя и нет надежды на светлое будущее. Желаю тебе, Тетеньке и детям здоровья и всего лучшего. Аркадя и Аля шлют привет. Аля дома, горюет, что пропал год, сейчас у нея есть урок, готовит за 4 кл. гимназии девицу 18 лет, приходится порядочно тратить время на занятия, т.к. девица давно уже кончила сельскую школу и все забыла. От Толи нет письма от начала сентября, так болит сердце за него, он теперь в горах, где началась уже зима и сильные заносы снега, т.ч. он, как писал, отрезан от мира, сидят чай в землянках, да и припасов мало, т.к. запасенный скот падает от чумы. Еще раз всего хорошего. Любящая тебя сестра Александра Благонравова. *** (от жены Вячеслава Флегонтовича Гиляревского - Александры Павловны) Судогда 12-е октября 1917 г. Милая Надежда Александровна! Спешу выразить Вам свое горячее сочувствие, в незаменимой утрате, и сожаление, что не пришлось лично поклониться праху любезнаго Димитрия Флегонтовича. Вячеслав Флегонтович только что уехал в Академию, я же не имела возможности поехать, при всем своем желании, так как не с кем оставить детей. Не нахожу слов в утешение Вам, дорогая. На все Воля Божия, и это неминуемая участь каждаго из нас. 73