b000002486

Но вот запели «Запричасную», некоторые старушки пошли прикладываться к иконам. Я стал волноваться: «Надо идти приложиться», - думал я, поглядывая на лик отца Серафима, а то за это о. Серафим накажет, но я колебался. Л боялся тронуться с места, искоса поглядывая на окружающий чужой народ (воспитание получал я нежное, редко видел чужих людей). «Но если не приложусь, то отец Серафим рассердится на меня за это», - и я боязливо взглядываю на икону о. Серафима. «Нет, нужно приложиться, а то он чего доброго за это в ад посадит», - и я нервно бегу к иконе, моментально целую нижнюю картинку, где о. Серафим изображается молящимся на камне, и бегу на свое место. Дина и сестра смеются. Окружающие старушки, ласково улыбаясь, поглядывают на меня. Но вот обедня кончилась, и мы идем домой, где нас ждет кипевший, поставленный на стол Марфушей, самовар. Стол убран по- праздничному, по-Рождественски, то есть с белоснежной скатертью, с телятиной, с бараниной, с ветчиной, колбасой и сыром, которые в простые воскресенья не могли бы видеть. Папа был не особо богатый, чтобы есть, например, хоть ветчину каждый день. Скоро приходят папа с братом Борисом, и мы все садимся чай пить. За чаем велся оживленный разговор. Мы дети безумолку болтали, заставляя от наших слов краснеть бедную Дину и смущаться дядю Андрюшу (от наших детских внимательных взоров не ускользнуло, что дядя Андрюша ухаживает за Диной). Отчайпили. Дядя Андрюша предложил нам идти гулять. Стали просить папу, папа отпустил. И вот мы: Дина, дядя Андрюша, сестра, брат и я пошли гулять. Проходя мимо биржы, дядя Андрюша нанял двух извозчиков, и мы поехали кататься до Красной церкви. На одном сели дядя, брат и я, на другом - Дина и Маня. Так мы прокатались два раза вперед- назад до Красной церкви. Наконец, раскрасневшиеся от мороза, веселые возвратились домой. Вечер мы провели дома. Дина села за рояль, мама с гитарой, сестра с балалайкой и они стали играть вальсы, цыганскую песню «Чимбиряк» и другие. Мы с папой и дядей разместились поодаль. Я сидел на коленях у дяди. После игры папа сказал, что пора уж готовиться к Елке, разучивать роли к спектаклю и закупать необходимые вещи. Мама с Диной стали совещаться о программе вечера. Во-первых, было решено послать за Гербановскими, которые должны были принять участие в вечере. За Виноградовыми не посылали, они были еще совершенно малы для спектакля. Глава пятая Глеб, Саша и Ксена явились рано утром 27 числа. Глеб самый старший, он на 2 года старше моей сестры, Саша ровесник ей, Ксена ровесница мне и вместе с тем моя большая приятельница. 250