b000002485

2) нейрофармакологическое воздействие (модификация эмоций и поведения); 3) технологическое продление жизни человека; 4) технологии генной инженерии как радикальные про­ екты переделки человека. Если, исходя из этого, обобщить образ постчеловека, то в нем мы не увидим троичного отображения: разум-чувст- во-воля. Это же следует из работ Ф. Фукуямы, который заметил, что в медицинских технологиях начинает проступать нега­ тивный характер: более продолжительная жизнь, но с по­ ниженными умственными способностями, освобождение от депрессии с одновременным освобождением от твор­ чества. И Хантингтон, и его ученик Фукуяма освобождение от творчества рассматривают как объективный процесс, с которым нужно считаться. С такой позицией не согласятся представители церкви и ученые, прежде всего, естество­ испытатели, ибо представленные проекты представляют собой откровенно демонические технологии. Капиталистическая либеральная демократия, как пыта­ ется убедить нас Фукуяма, представляет собой конец исто­ рии «в привычном нам ее направлении». Ссылаясь на Ге­ геля и Маркса, он отмечает, что они верили в конечность эволюции человеческих обществ, когда «человечество достигнет той формы общественного устройства, которая удовлетворит его самые глубокие и фундаментальные ча­ яния... для Гегеля это было либеральное государство, для Маркса - коммунистическое общество». В концепции «конца истории» прозвучали и эсхатологи­ ческие мотивы, якобы соединяющие эти представления с христианским Откровением, которое признается универ­ сальным. Здесь же обозначается роль науки, способствую­ щей развитию универсализма и гомогенизации общества. Эсхатологические мотивы «конца истории» и христиан­ ская эсхатология в концепции Ф. Фукиямы как будто сов­ мещаются. Однако в первом случае это представляется как