b000002482

Алешка перебил меня и в сердцах говорит председателю: — Вот что, Михаил Петрович,—кому жизнь не мила, тот пусть и стаскивает. А я еще жить хочу. По мне—хо­ ди он с той бороной хоть всю пятилетку. Я борону сни­ мать с такого бешеного не пойду. Как сам надел, так пусть и скидывает. Вам смех, а я по его милости целую ночь, как рысь, сидел на березе. Вечером придет домой— мы его и с бороной прикончим. Пастух замолчал и стал раскуривать погасшую папи­ роску. Я спросил: — Пришел он? —Нет, не пришел. На другой день оседлал я сивого, поехал искать в том направлении, куда пошел Тихоня. В Люсином бору у большой сосны нашел зубья и облом­ ки брусьев. Должно быть он об эту сосну разбучил бо­ рону вдребезги и ушел. Третьего дня лесник сказывал, что Тихоня у него ночевал на кордоне. А рано утром ку ­ да-то исчез- — Так я поеду искать,—заключил пастух, легко под­ нимаясь и бросая окурок в костер.—Я видел свежий след быка на лугу. — Он тут недавно был. Скорее всего бык пошел вот в эту лесную сторону,—указал я.—Ты, Василий Филиппо­ вич, Тихоню разыщи обязательно и в обиду его не давай! — Ладно,—ответил он.—Исполню в точности! Уже вскочив в седло, Березин лихо расправил усы и весело пожелал мне: — Ни пуха, ни пера, ни рыбьего хвоста! И, взмахнув плетью, поскакал на своем сытом ино­ ходце к дальнему лесу. Подумав, я решил собираться домой, а попутно на реке Кучей-быш испытать вечерний клев. Кучей-быш — левый приток Польги, река небольшая, но угрюмая и дикая. На берегах этой речки нет селений, только в начале ее стоит деревня Колобродово. В ту сто­ рону я и пошагал. Мне была знакома одна тропинка, ко­ торая прямиком вела к реке Кучей-быш, по ней-то я и отправился туда. С северной стороны лесной дорожки возвышался огромный смешанный лес—Люсин бор, а с юга под уклон тянулся мелкий березняк. По тенистому склону леса обильно росли ландыши, меж кустов возвы­ шалась редкая, сочная трава. Вдыхая чистый лесной воздух, насыщенный арома