b000002480

вместе голосовал на собраниях, Нил чай, курил махорку, ловйА окуней во Мстёрке и ходил по грибы в Окиншинский лес. На его глазах создавали они миниатюрные шедевры. — А, может быть и я смогу сделать такое?— так думал иногда Фомичев, складывая на счетах колонки цифр, переписы­ вая балансы, ведомости и счета. Сначала мысль эта ему каза­ лась дерзкой и несбыточной. Но сколько ни пытался он отогнать от себя эту мысль, она не покидала его. Иногда Фомичев в раздумье чертил карандашом по листу бумаги, создавая какой-то неясный узор, контуры ри­ сунка. Постепенно его мысль переросла в мечту об искус­ стве. Желание стать худож­ ником созревало в нем, ли­ шило его покоя. И вот настал день, когда мечта его стала действитель• ностью. ...Это было в 1937 году. ?/тром Фомичев, как обычно, принес Суслову на подпись документы. Подписывая чеки и платежные требования, председатель искоса посма­ тривал на Фомичева и вдруг спросил его: — Ты ведь, Иван Але­ ксандрович, в свое время неплохим иконописцем был? — Был, Иван Степано­ вич,— ответил Фомичев. — А что? — Вот я к тебе все при­ глядываюсь и никак не пойму: что это ты в счетоводах сидишь? Профессия, конечно, почетная и нужная, да думаю, другие на это дело найдутся. — Я не счетовод, Иван Степанович, а помощник бухгалтера. — Разница небольшая. Не в этом дело — нам мастера по живописи нужны. Смотри-ка, Клыков с Котягиным, да Юрин с Морозовым и другие старые иконописцы — все в артели ра­ ботают, миниатюры создают. Я думаю, что и тебе на этом полезном деле силы попробовать надо. Давай работать с нами. Фомичев с благодарностью посмотрел на Суслова, сердце ого билось учащенно. Он тихо произнес: — Вы мою заветную мысль разгадали, Иван Степанович. И. А. Фомичев.