b000002480

— Да ты не сердись, Лександрыч,— спокойно ответил Мо­ розов и взял Фомичева под руку.— Я и говорю о том, что работать надо. Мне-ка еще товарищу Хикмету шкатулку рисо­ вать надо — «Битву всадников». Подарок ему... — Ну что ж — и сделаешь, Иван Николаевич. И еще много сделаешь. У тебя рука вон еще какая твердая!— Фомичев прижал локтем руку Морозова, а правой легонько пожал её. Морозов остановился, посмотрел •благодарно на Фомичева и ответно пожал ему руку. — Спасибо, Лександрыч, да только я не собираюсь поми­ рать, понимаешь ли. Рано еще. Упрусь — и все тут. Мы еще в Москву съездим. — Беспременно, Иван Николаевич, беспременно,-— заверял Фомичев.— Москва от нас — рукой подать. Оба художника не так давно были в Москве, от Мстёры она всего в трехстах километрах. Были они в музеях, в Третья­ ковской галлерее. Но это все не так их волновало, как сама Москва — величественная, красивая, необъятная. Особенно радовали художников Мстёры и удивляли высотные здания, чудесно изменившие её облик, поднявшиеся над улицами и пло­ щадями, над Москвой-рекой, над садами и парками Подмо­ сковья. Они смотрели на обновленный Кремль, такой знакомый и вместе с тем обладающий тем дивным свойством, что смотришь на него и не в силах насмотреться и вечно находишь в нем что-то новое, еще неизведанное. Старинные кремлевские башни увенчаны рубиновыми, пяти­ конечными, всему миру известными советскими звездами. Ночью их немеркнущий свет виден далеко вокруг. И художникам, про­ стым советским людям, жителям лесной Мстёры, ясно представ­ лялось, что свет этих ярких звезд доходит до маленьких сто­ ликов, за которыми работают их товарищи. Он проникает в окна артельной мастерской и лучи его вспыхивают, искрятся и переливаются на лакированных поверхностях мстёрских шка­ тулок, будто камни-самоцветы, горят краски чудесных миниатюр. Озаренная светом кремлевских лучей комната словно становится просторней и шире, как новый радостный мир, в котором живут художники. С таким радостным чувством возвращались старые худож­ ники-миниатюристы из столицы в родной Владимирский край, к своим товарищам по искусству, навстречу новой творческой работе... Воспоминания о поездке в Москву и вообще о Москве раз­ волновали старых мастеров и они еще долго сидели на скамеечке у дома Морозова, говорили о конференции, о своих старых