b000002480

Юрин, вдруг наполовину потерять эту подвижность, чувство­ вать себя в расцвете молодых сил беспомощным и пребывать в вынужденном, хотя бы и временном бездействии. Болезненно переживал он это время. Почти полгода ходил он на костылях, оберегая разбитую пулей ногу. ...Прошли 1920, 1921, 1922 годы и половина 1923 года. Художники расписывали решета, подносы, «матрешек», дере­ вянные шкатулки, точеные пудреницы, грибки и другую подоб­ ную продукцию. Этим же занимался и Юрин. В местном музее хранится скатерть из грубого сурового полотна, расписанная им фиолетово-голубым замысловатым орнаментом. Трудные это были годы, годы испытаний и поисков. Сейчас Юрин делает такие тонкие вещи, как редкостный пятипредметный гарнитур «Знамя победы», расписанный золо­ том, пишет на пластинках портреты товарища Сталина, запе­ чатлевает образы Пушкина, Мичурина и других великих людей родной страны. Орнаменты на его шкатулках изумляют своей красотой, ладностью, стройностью и вместе с тем простотой, гармонией линий, умелым подбором гаммы цветов. Депутат поселкового Совета, общественник, активист, Евге­ ний Васильевич все время в действии,— беспокойный, хлопот­ ливый, изобретательный. Как-то к нему зашли его друзья. Поговорив с ними о делах артельных, он встал из-за стола, прошелся по комнате и порыв­ шись где-то в темном углу, таинственно произнес: — Покажу я вам сейчас одно дело, о котором еще никому не рассказывал. Вот смотрите,—и он сильными пальцами крут­ нул над столом простую, издавна знакомую, детскую игрушку,— раскрашенную синими и красными концентрическими кругами, юлу. Подпрыгнув, юла долго вертелась на столе, потом как бы устав, покачалась на одном месте и остановилась. — Хорошо?— спрашивал он, глядя на удивленные лица друзей.— Это я сделал из отходов нашего цеха. В продаже такой игрушки нет. А мы могли бы делать их очень много. И ребятишкам забава и нам польза — в дело пошли бы отходы производства: обрезки картона, дешевые краски. Больше занято было бы в цехе ширпотреба людей с малой квалификацией, да и артели доход. Юрин говорил рассудительно, с увлечением. Видимо, это очень занимало его практический ум и доставляло удовольствие видеть, что об этой его выдумке не только друзья, но даже правление артели не знает. Евгений Васильевич удивил друзей и вторым своим «изобре­ тением», положив на стол большую пачку пластин из картона,