b000002478

Я не первый раз был на тяге, но такого, совершенно но­ вого для меня чувства приподнятости, отрешенности от всех житейских забот, от будничной монотонности, не ис­ пытывал никогда. Все было для меня в те минуты как бы новым —прозрачным, светлым и радостным. Почти перед самым закатом солнца начался любимый охотниками знаменитый чудо-праздник, именуемый тягой. Первые вальдшнепы протянули бесшумно, редко ма­ хая широкими крыльями. Лесные кулики летели спокойно, слегка сутулясь и вытянув клювы. Они появлялись с раз­ ных сторон, невысоко над деревьями, двигались по при­ вычной воздушной дороге. Их словно влекла за собой не­ видимая шелковая ниточка. Но я знал, что медленная прямолинейность полета этих птиц лишь кажущаяся. На самом деле они летят довольно быстро и волнообразно,— и в этом причина промахов неопытных стрелков. Вскоре послышалось знакомое всем охотникам первое хорканье. Неосторожные птицы точно предупреждали нас: «Внимание! Мы летим!» Очарованные, как и мы, тихим ве­ сенним лесом, алостью вечерней зари, беспечные вальд­ шнепы выдавали себя, ничуть не заботясь о собственной безопасности. В тишине раздавалась тихая, но явственная песня, которую ни с чем не спутаешь. Сначала как бы не­ громко фыркнула над нашими головами самка: «Фсти!» Вслед за этим понеслись протяжные, с мягкой картавостью звуки: «О... О... О!..» Завершались они страстным возгласом приглашения крылатого кавалера: «Хорр, хо-орк». У этих ласковых птиц в воздухе происходило любовное свидание. Тишина оборвалась резким звуком выстрела. В лесу за­ пахло сыростью и порохом. А со мной творилось что-то необыкновенное. Я стре­ лял, чтобы не отстать от товарищей, но думал о Нине. Белоствольная березка стыдливо стояла рядом со мной, а мне мерещился тонкий девичий стан, лебединые руки, рас­ пущенные по плечам волосы, тонко пахнущие ландышем. Я сделал три выстрела и не задел ни одной птицы. Поч­ ти стемнело, когда четвертым зарядом сразил я крупного вальдшнепа, и он упал, мягко шлепнувшись неподалеку. Но отыскать его в сгустившихся сумерках не удалось. Окончились пятнадцать заветных минут этой, полной поэзии охоты, которая не требует шалашей, лодок, со­ бак, манков и чучел. Я не жалел об этом. Для меня охота хороша сама по себе и без добычи. 74