b000002478

Как же мне было не знать тетю Христю, которая в трудные времена относилась ко мне точно заботливая мать, ласково, чутко и нежно, Да и нынче встретила доб­ рым словом! Радость моя, однако, оказалась преждевременной. Все не нравилось Зине в моей книге: язык и стиль, расположе- ние рассказов и имена героев. Буквально ко всему она на­ ходила повод придраться. По пять раз заставляла она ме­ ня править и переделывать не только некоторые фразы, абзацы и страницы, но и целиком отдельные рассказы из моей книги «Мужской разговор». Я вспомнил, как драли лыки с Виктора Гусева, Бориса Горбатова и многих других, но, оказывается, одно дело глядеть на это со стороны и совсем другое, когда шкуру спускают с тебя. Христина Мокиевна заметила мою хмурость, видела, что я почернел и осунулся за эти три недели. —Не помочь ли тебе, Сережа? —мягко спрашивала она. —Не замолвить ли словечко? —Что вы! Ни в коем случае! —Как хочешь, —смиренно сказала она, глубоко вздохнув. —Знаю, что гордый. Тебе виднее. Я терпеливо переносил все придирки Зины, слушал ее советы, честно выполнял требования, переделывал, правил, шлифовал. «Чем же закончилось все это?» — спросят меня чита­ тели. Если я скажу, что Зина Гончаренко стала моей же­ ной, вы мне все равно не поверите. А книга «Мужской разговор» вышла в свет, и мне удалось наконец распла­ титься за свои конфеты. Впоследствии посчастливилось мне отыскать некото­ рых друзей по «Вагранке», встретиться с ними, вспомнить былое. К сожалению, никто из них ничего не знал о судь­ бе Пети Балашова. Недавно из Москвы Яков Захарович Шведов прислал мне свой новый итоговый сборник «Из четырех книг». В ответ я отправил ему с автографами две мои книги: «Времена года», «Соловьиная роща», а позднее и третью — «Меж лесных берегов», написанную в соавторстве с Серге­ ем Никитиным. От Александра Федоровича Филатова получил я на па­ мять две его книжечки: «Дом моего детства» и сборник из семи поэм — «Прекрасное в людях». Филатову я послал 63