b000002478

город». Роман хвалили и ругали. Сначала было трудно ра­ зобрать, хорош получился роман или плох. Самостоятель­ ного мнения о романе я еще составить тогда был не в силах. Остряки в раздевалке каламбурили: —Горбатова —могила исправит. Я же смотрел на автора во все глаза и отчаянно ему завидовал. В моем представлении он уже тогда был чуть ли не классиком. А как же иначе? У него вышла в свет хорошая книга, благосклонно принятая читателем, напи­ сан новый роман «Нашгород», который, конечно, тоже будет издан. За свои конфеты он уже расплатился. Мне же еще предстояло платить. Все до сих пор написанные мною вещи мне самому казались жалкими побрякушками. Обид­ но было за самого себя, и эта обида усиливалась от созна­ ния того, что оба они — Гусев и Горбатов — были совсем не намного старше меня, почти ровесники, а так лихо пре­ успели в литературе, шагнули далеко вперед. А время шло... Как-то раз отец сказал: —Садись, сын, слушай. Вот что я надумал. Бери пас­ порт, пойдем нынче в Казахское представительство на Чи­ стые пруды, завербуемся на работу в Алма-Ату. Им люди нужны. Давно меня друзья приглашают. Заработки там хорошие, а жизнь дешевая. На дорогу аванс выдадут. На днях возьмем на стройке расчет, а через недельку мах­ нем в теплые края. Во вторник я в последний раз пошел на Петровку. Нужно было проститься с друзьями. В этот грустный ве­ чер я был как глухой, смысл речей не доходил до меня. Я только внимательно смотрел на людей и мысленно с ни­ ми прощался. Во время перерыва коротко успел сказать Пете об отъезде. Он ответил коротко: —Одобряю и благословляю. Потом друг пошарил в карманах, отыскал фотокарточ­ ку, на которой был снят с милой московской девушкой Люсей, и написал на обороте: «Другу Сереже, для воспоминаний о Пете Балашове». Я ему ответить тем же не мог. У меня не было фотогра­ фии, так же как не было и девушки. 59