b000002478

ской слободе. Силенок, опыта и знаний у строителей было маловато, и в помощь нам пришлось пригласить американ­ цев. «Русско-американское строительство» — так громко именовался участок на пустыре за городом, где мы возво­ дили пятиэтажные жилые дома. До сих пор не понимало, чем прославились на этой стройке чванливые американцы. Я видел только, что они ходили в просторных пиджаках, рыжих коротких бриджах и коричневых гетрах, надутые, как индюки, важно курили модные прямые трубки, обда­ вая нас тонким ароматом табака, три раза в неделю меня­ ли сорочки и шляпы, время от времени сердито гуркали и тыкали пальцем то в один угол стройки, то в другой. Толку от них, по-моему, было мало. Кирпич подносили каменщи­ кам «козоносы» —рабочие с деревянной «козой» на спи­ не, известковый раствор, алебастр, цемент и песок нам вручную доставляли подносчики — молодые ребята, мои ровесники. Из механизмов на стройке была одна только маломощная бетономешалка, и та больше простаивала, чем работала. Вечером я снимал спецовку, умывался, переодевался в чистое, смазывал руки борным вазелином, чтобы кожа не растрескивалась от извести, и ехал домой. По субботам, после ужина и короткого отдыха, шел пешком через Крас­ нохолмский мост и Таганку на Коммунистическую улицу, где в здании Рогожско-Симоновского, а позднее Пролетар­ ского, райкома партии, в большой комнате на первом эта­ же была наша знаменитая «Вагранка», которую хорошо знала вся литературная Москва. Это было в конце двадца­ тых —начале тридцатых годов. Я тогда писал стихи, пробовал силы в очерке. Первое мое стихотворение «На постройке» было напечатано в 1929 году в журнале «Пролетарский авангард», органе «Кузницы». Писал я о том, что в ту пору было мне дороже всего. Помнится, в нем были такие немудреные строки: Пропитались цементом леса. По стремянкам можно солнце втаскивать. Будет бойко молоток плясать И на гвозди огрызаться ласково. В эту комнату б натискать облаков, А в ушате —место солнцу плавать... В ящике топленым молоком Стынет алебастровая заводь. л Сотрудничать в журнале меня пригласил секретарь ре­ дакции, мягкий, душевный, слегка заикающийся человек, 44