b000002478

агромадная... Ну, как вам, ребятишки, сказать? Неогляд­ ная она, непобедимая. Ее за сто дней на коне не объ едешь. И больше он ничего нам сказать не мог. Мы слушали его сказки, а бабушка Анисья, тетя Ма­ ша и моя мать, сидя на лавках под иконами, пряли лен или «волну» — овечью шерсть, вполголоса пели грустные песни, тихо между собой разговаривали. Соседка, бабуш­ ка Наталья, приходившая к нам на посиделки, качала в зыбке ребенка. В полумраке они были похожи на мо­ нашек. А мы уносились на крыльях сказки в неведомые дали. Не знаю, что чувствовали другие ребята, а мне так хотелось сверху посмотреть царство-государство, в кото­ ром мы живем. Много лет спустя, перед войной, я со своим другом, владимирским журналистом Борисом Горбуновым, был в небольшом городке Кольчугине. Купили мы с ним билеты на самолет и пошли за город, к сосновому бору, где был аэродром. Там ждал нас малень­ кий двухместный самолет. Он стоял рядом с домиком, по­ хожим на лесную сторожку. Из него вышла красивая жен­ щина в летном шлеме, теплом комбинезоне и теплых унтах. Ее звали Машей. Мы сели в самолет. Маша заняла свое место в кабине и завела мотор, Я па всякий случай прошептал; По щучьему веленью, По моему хотенью — Поднимись, самолет, в небеса! И самолет послушно поднялся в воздух. Слегка на­ клонившись, он летел над Кольчугином, гордо пронес крыло мимо водонапорной башни, затем повернул влево и лег курсом на Владимир. Мы летели невысоко над зем­ лей, и сверху все было видно отчетливо. Дома, машины, зеленые вагоны, леса казались какими-то ненастоящими, игрушечпыми, как в кино. Прошло несколько минут с начала рейса, и вот мы пролетаем над моим родным селом Семеновским. —Смотри, —волнуясь, обратился я к Борису и пока­ зал вниз, —это моя родина. Он ничего не ответил, только кивнул головой, посмот­ рел внимательно вниз, и глаза его заблестели. Наверное, Борис хорошо понял меня, ведь он сам вырос в этих местах. 210