b000002478

» выходили на правый луговой берег Клязьмы, что полого спускался к голубому урезу воды. Эта лужайка поросла чистотелом, пестрела похожими на огоньки цветками льнянки —- львиного зева, бело-желтыми нивяниками, ли­ ловыми помпонами короставника на длинных стеблях. В усадьбе, среди вишенника, Сергей Голицын построил тесовую «келью» с одним окном. Снаружи расписал ее под сказочный терем-теремок, назвал кабинетом и каж­ дый день подолгу колдовал там над своими рукописями. Именно здесь он написал интересные краеведческие по­ вести «За березовыми книгами» и «Сказание о белых камнях». В Любце, на даче у Голицыных, частенько проходили литературные вечера, жаркие дискуссии. Жена Голицы­ на, Ольга Михайловна, радушно угощала нас обедом и ужином, подавала питье и рыжики собственного соления. Мы пили пенистый квас, ели и хвалили рыжики. Кто-то внушил Ольге Михайловне мысль, будто ры­ жики ни в коем случае не надо мыть, а лучше всего, де­ скать, пускать их в засол прямо с корня. Она говорила нам об этом за столом как о важном кулинарном секрете. Способ, однако, оказался с изъяном. Мы ели рыжики, страдали, морщились, песок отчаянно хрустел на зубах. Гости про-себя ругались и ворчали, но никто и слова не сказал счастливой хозяйке. Это была дань предрассудку. С тех пор по какой-то загадочной закономерности, лишь только вспомню я о Любце, —песок хрустит на зу­ бах. Не отложились в памяти ни литературные споры, пи долгие разговоры об искусстве и эстетике, ни воспомина­ ния Голицына о встречах с Пришвиным, ни церковь Ус­ пенья, —остались только эти злосчастные рыжики с песком. БАСНЯ НАЯВУ Был у нас в дружной охотничьей компании Кузьма, парикмахер из города Мурома. Настоящим охотником его назвать было нельзя, но охоту наш приятель любил. Бра­ ли его с собой больше для развлечения, Побалагурить он мастак —только слушай, 182