b000002477

на клязьменских уток и для куража выстрелить два раза из шилинского ружья. Ни на какие трофеи Виктор не рассчитывал. Он знал, что не смог бы попасть не только в утку, но и в корову. Виктор считал зятя человеком недалеким, чудаковатым, в житейских делах неприспособленным. Взаимоотношения их были сложными. Он в его глазах выглядел кем-то вроде блаженного, не от мира сего, чуть ли не придурочным. Меньше всего Шилин заботился о домашних делах и вечно был занят какими-то своими, очень важными, недоступными Кренделеву мыслями и заботами. И оттого, что эти помыслы и раздумья Шилина были непонятны Виктору, он его недолюбливал. От сестры Кренделев знал, что Иван Кузьмич неплохо зарабатывает, но если судить по обстановке их квартиры и всему образу жизни, то этого было незаметно. Не было у него ни ковров, ни сервантов, прибавлялись с каждым разом только ряды книг на длинных полках да стопки газет и журналов на рабочем столе. Такие люди в глазах приезжего заслуживали не только семейного осуждения, но и презрения со стороны людей рассудительных. Однажды Виктор осмелился и сказал об этом зятю. Это был давно знакомый Шилину мотив: «Не так живете». От ответил, не раздумывая: — Воровать не стану и ловчить не приучен. Так проживем, не поганя душу. Понял? Не нравились Виктору эти резкие слова. Но, откро- ьенно говоря, за прямоту он все-таки Ивана Кузьмича уважал и побаивался. Они поднялись на Поклонную гору и оттуда, обернувшись, Шилин посмотрел в сторону отдалившегося города. Его старинный силуэт на сиреневом фоне вечернего неба вырисовывался четко и на редкость красиво. Было что-то певучее в строгих линиях, точных пропорциях стройного архитектурного ансамбля, зубчатые очертания его как бы плавали в воздухе, возвышаясь над рекой, над лесом, над туманной низиной. В железнодорожной слободке лаяли собаки. В подгорной части Клязьменска зажигались первые мерцающие огоньки. — Умели строить предки наши,—•негромко, задумчиво произнес Иван Кузьмич, растроганный этой картиной, и в голосе его слышались и любовь к родному го- Сергей Ларин 81