b000002477

Будет буря; мы поспорим И поборемся мы с ней. Всего этого нельзя почувствовать и понять, не побывав на морском берегу. И если бы даже ничего больше — только море увидел я в Коктебеле — все равно стоило сюда мчаться, не колеблясь и не раздумывая. И я был бесконечно рад этой, столь важной для меня встрече. 3 Облик Планерского складывался в моем сознании постепенно. День за днем к нему добавлялись интересные, памятные штрихи, на первый взгляд вроде бы ничего не значащие мелочи. Для меня все они были дороги и важны. Сначала я только впитывал, как губка, без разбора, в жадном стремлении все узнать, как можно больше увидеть нового, хорошенько почувствовать дух, колорит, все отличительные черты и особенности поселка. Потом понемногу стал все это осмысливать, стремился понять глубже, установить причинность и связь явлений. Конечно, у иных этот процесс происходит как-то сразу, молниеносно, без такого разделения и последовательности, но у меня так с ходу не получается. Я хотел что-нибудь почитать о Коктебеле, о его прошлом и настоящем, но в библиотеке, к сожалению, и к моей большой досаде на эту тему ничего не оказалось. Скупые строки энциклопедий, справочников, туристских путеводителей моей жажды не утолили. Но досада — чувство не плодотворное. Захотелось обо всем собранном по крупицам самому написать, чтобы тот, кто приедет в Коктебель после меня, не искал, а прочитал о нем впечатления очевидца, собранное в одном месте. Взял на полке книгу и, пожалуйста, — все в ней есть. Я считал, что рассказать об увиденном — мой прямой долг, причем хотелось бы по возможности написать так, чтобы того, кто прочтет эти строки, с неудержимой силой потянуло в Коктебель. Да где там! Зов пустой гордыни... Впрочем, я думаю, что в моем , скромном желании нет ничего дурного. 38