b000002477

— У-у, нехристь несчастный! Бог-то вот накажет тебя. Сатана, антихрист. Нет тебе ничего! В одном доме в ответ на мою просьбу баба велела: — Скажи: подайте Христа ради. Я. молчал. — Ну, ступай, коли молчишь. Бог подаст. Пришлось ни с чем идти к следующему дому. Особенно лютовали в иных селах старухи. Неизвестно за что, про что они осыпали меня градом ругательств: — Пащенок, гаденыш лопоухий, свинья грязная. Чтоб у тебя глаза лопнули, руки, ноги отсохли. Щенок сопливый. Я вспоминал свою добрую бабушку Анисью, ее ласковое отношение ко всем убогим и сирым, ее пророческие слова: — От сумы и от тюрьмы — никто не отрекайся. Во многих дворах на меня спускали собак и штаны мои не раз были изодраны в клочья. Да и ногам не было милости — деревенские бессовестные собаки немало выпустили из меня крови. И все-таки я приобретал некоторый опыт. После первой собаки стало ясно: в чужую деревню без хорошей палки идти нельзя. Это было одно из важных открытий, сделанных мной в ту пору. Крепкая палка стала моим постоянным спутником. С ней было удобно и безопасно. Можно и в окна постучать, чересчур бойких мальчишек при нужде припугнуть и от злых собак отбиться. Кроме этого, были у меня и другие не менее важные открытия. Попадались на пути добрые села, в которых и собак не было и подавали хорошо. Но встречались и такие селения. где кроме брани ничего не услышишь. — Без вас нечего жрать! В селе ни мужика, ни быка. — Шляются тут дармоеды всякие... — Пошел прочь, житья от вас нет! — Убирайся, чертенок, пока хворостиной не напорола. Надоели, попрошайки несчастные! — Работать надо... — Уходи, пока цел, а то ноги переломаю. — Отбою от вас нет, ворье проклятое. Последнее раздавалось особенно часто, а ведь я ничего не воровал. Но значит кто-то до меня совершил такой грех и мне волей-неволей надо было расплачиваться 202