b000002477

феи. Это ведь твой первый ток. Да , кстати, сходи-ка вон в те кусты, погляди, что это там чернеет. Подозревая подвох с моей стороны, Юра нахмурился, посмотрел на меня недоверчиво, однако допил чай и пошел. Вернулся он, держа в руках матерого косача с перьями, отливающими на груди вороненой сталью. Он красив был и мертвый. —- Это же твой трофей, чудак ты эдакий! Ловко ты его стукнул, молодчина. Он пролетел всего сто шагов. ■—- Это правда? Глаза Юры засверкали. •— Конечно, правда. А всего у нас на троих пять тетеревов. Вот тебе еще одного косача, а этого мы отдадим Ивану Герасимовичу. Да ты бери, чего смотришь? Клади их в сумку. Твои это птицы, ты их, брат, заслужил по праву. Теперь ты настоящий охотник и должен блюсти охотничьи правила. Так полагается. Мы разрядили ружья, выпили еще чайку, согрелись, переобулись и не спеша пошли по дороге на станцию Колокшу, где ждал нас гостеприимный Иван Герасимович. У меня это был первый ток в нынешнюю весну, а у Юры - в жизни, но обоим нам одинаково не терпелось похвалиться перед Захаровым трофеями, показать ему честно добытых птиц, потешить старика рассказами о мартовском утре в лесу, о рыжей кумушке лисе, что так бесцеремонно помешала нашей охоте.