b000002477

ница Софья Павловна Лебедева. На каждые два класса было по одной доске. Случалось, что учительница заболевала или Сте- фанида Яковлевна уезжала по делам во Владимир, занятия обычно все равно не прекращались. В таких случаях одна учительница вела все четыре класса. Вела спокойно, без шума и крика, без истерики и позы, не в пример некоторым нынешним учителям, что в подобных случаях подчас строят из себя чуть ли не мучеников, кладущих голову на поле боя за народное образование. У меня на всю жизнь сохранились самые светлые • воспоминания о Семеновской школе, ее учителях и учениках, которые учились вместе со мной. Как-то особенно хорошо и дружно жили мы тогда, какой-то торжественной и праздничной была обстановка в школе. Каждый день, проведенный в ней, был открытием, добавлял что-то новое. Все ходили в школу охотно, хотя иным из других деревень приходилось шагать по сугробам в метель три-четыре километра. Это был 1918 год — первый год советской школы, год учебы по-новому, когда все в корне переменилось, создавалось заново. В этом, наверное, был секрет прелести и привлекательности нашей учебы. От старших мы слышали, что прежде в школе учеников наказывали, оставляли без обеда, ставили в угол на колени, на горох, драли за волосы, били линейкой по голове и по рукам, даже пороли розгами. Над учениками измывались пьяный поп и невежественный дьячок, а родители не были против этого, они еще и просили: «Вы там с моим Колькой построже. Озорник он». И бедного Кольку нещадно пороли три раза в неделю. Ничего этого не было теперь. К нам относились с уважением и мы все это, конечно, чувствовали. Нам неграмотные отцы и матери наши чуть не с пеленок толковали: ученье — свет, а неученье — тьма. Поэтому к ученью почти все мы тянулись, как цветы к солнцу, учились с большой охотой, крохи знаний клевали,как голодные воробышки. Я говорю «почти», потому что было в школе два-три лентяя, которые не хотели учиться. Да ведь где таких нет? В семье, как говорится, не без урода. Большинство же из нас учиться хотело. Мы в наши шесть-семь лет уже кое-что смыслили, во всяком случае ясно сознавали, что «не учась и лаптя не сплетешь». 12* 179