b000002477

шел теперь ее неполный класс — двенадцать девочек и десять мальчиков. II. На другой день Сизова с утра находилась дома, отдыхала, читала книгу. Ее никто не беспокоил и она была довольна тишиной, одиночеством и тем редким умиротворением, которого так мало было теперь в ее жизни. Но после обеда тишина и спокойствие были нарушены.— Елена Петровна! — крикнула Настя, постучавшись и входя в комнату учительницы. — Идите скорее, там мальчики Федю казнить повели! — Успокойся, Настя. Как это казнить? — Да так, очень просто. Верно вам говорю. Идемте, Елена Петровна, а то они Федю до смерти расстреляют. Елена Петровна накинула жакетку, платок и поспешно вышла за Настей. Федя Кузин был привязан вожжами к большой развесистой рябине. Вокруг толпились мальчишки, у них топырились набитые чем-то карманы. Командиром был Санька Мохов. Он поднял деревянную саблю и громко, как заправский командир, приказал: — Батарея! По изменнику... Огонь! В Федю полетели «снаряды» — картошка, огрызки яблок и комья земли. Карапуз-мальчишка в синей рубахе подбежал к Феде и со злостью ткнул его грязным кулачком в живот. Лоб у Феди был рассечен, по бледному лицу струилась кровь, но он не плакал, не просил пощады, а молчал. Косые глаза его бегали по сторонам и сверкали, как у затравленного волчонка. У Елены Петровны не было времени на обдумывание своих поступков. Она откинула калитку и бросилась к рябине. - Остановитесь! — крикнула она срывающимся голосом. — Что вы делаете? Ребята повернулись и молча смотрели на нее. Они ждали. Учительница стала отвязывать Федю. Как вам не стыдно, — с досадой сказала она. — Нехорошие, бессердечные. Своего товарища... 148