b000002477

КЛАД В Клязьменске все знали высокого худого человека с вытянутым лицом, широкими угольно-черными бровями и седой головой. Носил он вместо галстука пестрый бантик-бабочку и всем видом своим смахивал на заезжего итальянского тенора. Это был Павлин Давыдович Гудов — корреспондент телеграфного агентства- По утрам он выходил на прогулку. У него была заметная размашистая походка: шагая, он раскачивал корпус; кренился влево и вправо, голову держал высоко поднятой, словно кубок с пенистым вином. После прогулки Гудов заходил в редакцию — в коридорах, в комнатах подолгу звучал его сочный, поставленный, как у хорошего певца, голос. — Между прочим, знаете что? — нависая над собеседником, говорил Гудов.— Да нет, где же вам... И начинал рассказывать какую-нибудь историю. Может, совсем пустяковым был случай, о котором шла речь, пусть мелка, словно мошка, была мысль, что развивалась Павлином Давыдовичем, но он так умел подать ее слушателю, так энергично жестикулировал, вертел своим золотым перстеньком перед глазами собеседника, что все сказанное воспринималось, как и впрямь нечто важное. Павлин Давыдович концами тонких, холеных пальцев отгонял невидимых насекомых со лба, щек, бровей, с большого мясистого носа. Он то склонял, то высоко поднимал голову, широко открывал и щурил в узкие щелки черные глаза, то и дело поправляя прическу. Он делал все это ловко, легко, изящно, радуясь своему умению очаровывать людей, и молодые сотрудницы редак- 121