b000002477

— Случилось, — ответил Иван Кузьмич. — Дожил я до великого сраму. Докатился... Он налил из графина полстакана воды, выпил ^ ее залпом, как водку, и сел рядом с Павлом. —* Да ты не волнуйся, Иван. Как-нибудь переживем. — В озорных глазах друга мелькнула понимающая улыбка. В кратких словах стараясь быть точным Шилин рассказал другу историю их отношений с Виктором. Несколько раз он вскакивал, сердито шагал по комнате, смешно размахивая длинными руками. Он поведал Павлу обо всем, даже про ружье сказал, как его Виктор потерял в заросля ежевики. Шершавин от души хохотал и все хлопал Ивана Кузьмича по спине. А тот не унимался. — Дело, Павлуша, не в этом частном случае, а в том, что обыватели и казнокрады учат нас с тобой жить. Ты понимаешь? Как мы можем мириться с этим? Это же черт знает что такое! Все эти современные мещане, ленивцы и тихоходы, оборотистые пройдохи, скопидомы, нечистоплотные люди, разгильдяи всех мастей думают, что они выше нас, потому что лучше нас умеют пользоваться благами жизни, ловчее урвать у общества жирные куски, отдавая ему труда меньше, чем положено, даже хотя бы для того, чтобы мало-мальски зарплату свою оправдать. И все это я должен молча терпеть"? Нет, так не будет! Все существо его протестовало. • Ты знаешь,— вдруг сказал он, внезапно успокоившись.—■ Я начинаю думать, что и мы с тобой в этом, грешным делом, виноваты. — Это как же так?— удивился Павел. — Да вот так. Не только не наступаем на всю эту пакость, а даже не обороняемся. Ну, это ты перегнул. У нас ни один номер газеты не выходит, где бы мы не писали об этом. —• Плохо пишем. — Напиши лучше, если сможешь. — Вот с этим предложением я и пришел. Хочу выступить со статьей. Ты не сердись, а помоги разобраться. Я ведь не ссориться с тобой пришел, а за советом. Истина, брат, существует независимо от того, нравится 1»1