b000002476

игрок и, смущенный неудачей, внезапно смолкнет. Это из д альн ей ч ащи леса, глухо, словно эхо, доно- сились таинственные звуки «лешевой дудки»: «Бу- бу-бу-бу!...». Под звуки соловьиной песни идти было приятно, ды- шалось легко, об усталости не думалось. С к аж дым ша- гом крепли, н а ли в али с ь силой мускулы , лучше работа- ло отдохнувшее з а ночь сердце, на душе становилось светлей и радостней. Я вы б р ал с я с проселка на шоссе и повернул влево, к мосту через ручей, от которого н ед алеко было до цели моего ночного похода. Понемногу све тало и, ш а г а я вниз к ручью, я р а з г л я д е л в стороне грузовую машину, которая темнела на обочине шоссе у самого моста. Шофер гремя ведром почерпнул в ручье воду и ст ал н али в а т ь ее в ра- диатор. Я у знал его. Это был Прохоров, ж и т ел ь соседне- го поселка, пожилой, тихий человек по прозвищу Соло- вей. Не р а з мне приходилось выступать с ле кци ями в клубе кирпичного з а в о д а на котором он рабо т ал , и я всегда видел его в первом ряду. Он был спокоен, мол- чалив и малоприметен. Прохоров, к а к я заметил , с ин- тересом слушал всякие лекции, но особенно нравились ему р а зговоры о событиях международных : очевидно его за ним ал и д е л а государственные. Судя по лицу он был не стар и, в укор другим шофер ам , я ни р а зу не ви- дел его небритым-. Когда сзади по д а в али записки, он поднимался, п оп р а в л я л рукой короткие светлые воло- сы, не спеша, с достопнством человека, у которого все Ладно в жизни, кл ал записки на стол и в о з в р ащ а л с я на свое место. Бы л он невысокого роста, в серой кепчонке, в комбинезоне, который выгорел, полинял от стирки и давно потерял свой первон ач альный вид. Но поясок огірятной шоферской спецовки всегда был туго перетя- нут, а весь облик этого человека внушал уважение . — Здр а в с твуй те , Алексей Корнйлович, — с к а з а л я, подходя к нему. — Д а л е к о ли путь д ержит е ? — С добрым утром , — приветливо по здоро в ал с я шо- фер, в гляд евшись и у зн а в меня. Н а вопрос Прохоров ответил не сразу. Он з а к ры л капот машины , любовно, словно коня по шее, похлопал ее ладонью , у б р а л ведро в кузов, прикрыл брезентом , чтобы не гремело. З а т ем неторопясь вытер руки клоч-