b000002475

не раз примечал, что в такие минуты все люди, д аж е не тихие мечтатели, склонные к созерцанию, а и те, кто с природой запанибрата, начинают думать и говорить вы­ соким слогом о неугасимости непреходящей жизни, е величии природы и всех ее разгаданных и тайных явле­ ниях, стараются лучше осмыслить и как-то по-своему объяснить окружающий нас мир. Нам же попросту нравился этот мир, в котором мы были деятельными подмастерьями, мир, свободный от не­ чисти и предрассудков, где все ясно человеку, где нет для нас ни водяных, ни леших, ни русалок. Не знаю, как Иван Павлович, а я в подобной обстановке о сомах з а ­ бываю. Лов, однако, продолжается. Лодка стоит посредине озера. Говорить нам запрещено, курить и подавно. Дон­ ные удочки с мясной наживкой насторожены, напряжен­ ные прочнейшие лески, тройные ж ала стальных крючков работают на хозяина: терпеливо стерегут сомов. Но «подводный волк» осторожен и не идет на наши приманки. Тогда рыбак начинает «клочить», пытается по­ дозвать, приманить сома. Д ля этого он пользуется осо­ бой принадлежностью — «клоком», деревянной колотуш ­ кой с выдолбленной в ней ямкой. Иван Павлович, а я в подобной обстановке о сомах за- вычным жестом бьет ею по темной глади озера. — Клок, квок, куэк! — раздаются его удары. Эти странные звуки, такие необычные здесь, на вод­ ном просторе, разносятся далеко по озеру и слабым эхом отдаются в сосновом лесу. Любопытный сом, у которого слух хорошо развит, должен услышать сигналы и под­ плыть к снастям, где ждет его коварное угощенье. Проходит пять, десять, пятнадцать минут. Все тихо. Уже не одна звезда скатилась сверху в озеро, давно оне. мели от недвижного сиденья мои поджатые ноги. Ку­ рить хочется так, что скулы сводит судорогой. В горле першит, вот-вот .закашляешь. Но этого делать нельзя. Строгий спутник сгоряча за нарушение тишины может запросто стукнуть колотушкой по лбу. Меня всегда потешала преувеличенная серьезность Крайнова во время лова: он становился каким-то ф ан а­ тиком, забывал обо всем на свете, кроме добычи, точно от этого всерьез зависело его жизненное благополучие. Но, наверное, так ведут себя все настоящие рыбаки.