b000002475

внимания ни на слова Поли, ни на шутку Фомичева. — Тут есть, над чем задуматься. И он начал развивать свою точку зрения на семейную жизнь. Эта тема его, по-видимому, давно занимала. Фо­ мичев сначала слушал друга рассеянно, не перебивал лишь из вежливости, но постепенно мысли Маркова увлекли его, и он стал слушать с интересом. — Многое мы умеем в жизни делать, — словно сам с собой разговаривал, шагая по комнате, Павел Софро­ нович. — Есть среди нас учителя, инженеры, агрономы, врачи. Всему научились в институтах, из книг многое взяли, практикой обогатились и теперь — специалисты дела своего. А жить не умеем. Д а, да, мы, семейные люди в семье не умеем вести себя правильно, детьми как сле­ дует не занимаемся. И в институтах наших, вот беда, Иван Алексеевич, основам семейной жизни не учат, и учебников по этому поводу никаких нет. — Какие там учебники! — усмехнулся Фомичев. — Вот как бывает: все я знаю, семью понимаю велико­ лепно, прожил с женой более двадцати пяти лет, сереб­ ряную свадьбу справил. Все, вроде бы, идет хорошо, и вдруг в один прекрасный день из-за такого пустяка с ж е ­ ной в дым разругаешься, что после самому стыдно... Что за оказия? Дело не стоит выеденного яйца, а ссора про­ исходит всерьез и надолго. Случается по неделе друг с другом не разговариваем. Фомичев поймал себя на мысли, чтоі у него с Наташей тоже бывали такие ссоры, и улыбнулся. Он не мог бы вслух высказать того, что с такой откровенностью рас­ сказывал сейчас Марков. — Круты вы оба характерами, — заметил он, любуясь товарищем. — Будешь крут, — жизнь-то — штука сложная. Опу­ тывает нас такими путами, что порой и семь мудрецов в этих делах не разберутся. «Умен он у меня», — подумала Поля и сказала: —У нас все на пережитки прошлого сваливают. — Никто не хочет разобраться, вглубь проникнуть — потому и сваливают. Ведь легче всего отмахнуться. А, мол. кто их там разберет! Муж да жена—одна сатана. Гость весело рассмеялся. — В самом деле, Павел Софронович! Формула очень спасительная.