b000002475

— Полно тебе, Миша, выдумывать, — о тветил а.Р аи ­ са. — С самоваром жить веселее. Д а и для большой семьи он удобнее. Мать Раисы, услыхав шутку зятя, заявила: — Хороший самовар в доме, как член семейства. Его уважать нужно! Но Михаил Григорьевич изо всех вещей в доме боль­ ше всего любил хрусталь. — Вот это, я понимаю, вещь, — сказал он, показывая теще недавно купленный хрустальный прибор для воды. Он и в самом деле был хорош. Тяжелый кувшин, ис­ кусно изрезанный глубокими алмазными гранями, был словно выточен из глыбы прозрачно-чистого льда. Хру­ стальные стаканы, сделанные в форме бочонков, искри­ лись и сверкали на солнце. — В Гусе-Хрустальном каши мастера сделали! — с гордостью добавил хозяин. Раиса Николаевна подала мужу выглаженный ко ­ стюм, шелковую сорочку и светлый галстук. К приезду матери она принарядилась и выглядела почти такой же молодой, как в год замужества. Когда сели пить чай, Валя усадила Сашку рядом с со­ бой, чтобы он не лез к матери, не испачкал ей новое платье. Бабушка у нее все отнимала внука, но было ре­ шено — гостыо за столом мальчиком не обременять. — Успеете, мама, — сказала дочь, — он вам еще на­ доест. Р ая с матерью толковала о своих делах: о домашнем хозяйстве, об одежде, которую нужно купить к осени. Ми­ хаил Григорьевич женскую беседу слушал рассеянно. Настроение его испортилось. Он не мог долго оставаться в состоянии покоя, поэтому изредка и невпопад задавал вопросы или говорил: «Правильно!», «Интересно!», а сам думал о другом: была середина августа, в районе велась уборка хлебов, а дела не везде шли благополучно. Р а з ­ говор жены с матерыо казался ему ненужным и неинте­ ресным. Он с досадой спрашивал себя, почему так узок круг их интересов, мелки и однообразны мысли. Михаил мог бы переменить тему домашнего разговора, но не сде­ лал этого. Он думал, что нехорошо нарушать беседу м а­ тери с дочерью, и смолчал. Его тянуло на вольный воз­ дух, мысли были далеки от домашнего стола, с такой лю­ бовью накрытого Раисой Николаевной в это утро,