b000002475

строенных школ, клубов, больниц и скотных дворов. Ста­ руха внимательно слушала рассказы Михаила, глядя на него влюбленными глазами, и, конечно, понимала, что сыну хочется немного похвалиться: дескать, смотри, мать, что есть хорошего у нас в районе, и понимай, что во всем этом есть частица трудов и твоего сына. Человек самолюбивый и скупой на слова, он никому постороннему не высказал бы этого, по мать его прекрас­ но понимала. В честь ее приезда он даж е разноцветные орденские колодочки прикрепил к гимнастерке. Михаил Григорьевич рассказывал: — Раньше строили скотные дворы в колхозах кто во что горазд. Владимирский плотник был главным законо­ дателем и архитектором. Как он наметит, так и строят. Теперь в наших крупных колхозах не допускается ника­ кой отсебятины. Строим по типовым проектам. Вот ви ­ дишь снимки: тут и механизация, тут и водопровод. Все это у нас уже не в диковинку. А у вас? Отстали! А еще хвастаетесь! Мать усмехнулась: — Погоди... Не зазнавайся! Ее лицо было радостным и спокойным. Она поправи­ ла седые волосы, потуже затянула платок на голове, и опять не отрываясь, стала смотреть на сына. — Мы не зазнаемся. Это так, к слову, — шутливо воз­ разил Михаил Григорьевич и, снова увлекшись, начал подробно рассказывать о разных разностях, словно перед ним была не мать, а какой-нибудь придирчивый инспек­ тор из областного управления сельского хозяйства. — А скот у нас какой? Чистопородный, как на подбор. Это же — красота! Видала свиней? А коровы, лошади у нас плохие, что ли? Так они вместе провели весь день, и мать осталась до­ вольна поездкой. Когда они шли по тихой, пустынной улице, возвра­ щаясь домой, Елена Васильевна сказала: — А Рае ты, Михаил, внимания побольше уделяй. Мо­ лода она, ее жалеть нужно. Сын не удивился такому неожиданному ходу ее мыс­ лей. —- Ты не беспокойся, мама, мы с ней живем дружно. Но при этих словах грусть, неизвестно почему, вдруг' охватила его.