b000002475

ЗАБОТА 1 АННИМ утром и по вечерам на восточной окраине поселка шахты Мариновка раздавалась песня. И жители, заслышав ее, говорили: — Шурка - камеронщица идет. Когда песня звучала далеко за крутояром, приглушенная заоослями кустарника, самой певицы еще не было видно. Но шах­ терские жены озабоченно произносили: — Смена кончилась, сейчас наши придут,—и прини­ мались за свои домашние извечные дела. В поселке к песням камероніципы так привыкли, что порой проверяли по ним домашние часы: шахтный гудок не всегда был слышен. В Мариновке было немало молодых женщин, любив­ ших «поголосить». Но они и песен знали меньше, да и пели не с тем завидным постоянством, которым отлича­ лась Шура. Может быть, так хорошо и легко пелось девушке потому, что просыпалась в ее душе первая лю­ бовь. Но вот настал день, когда смолкла песня. Тихо стало в поселке. Жители подходили к окнам крайнего дома, в котором жила камеронщица, и прислушивались, затаив дыхание. В доме лишь изредка слышался тихий стон.