b000002475

Когда собрались ехать, стрелки висевших на стене хо­ диков показывали три часа. Курицын и Клава вышли на улицу. Возница усадил ее в санях на сене, завернул в шубу, прикрыл ноги соломой и попоной. Стало удобно и тепло. — Укутай сынишку получше,— наказывал Василий Иванович, усаживаясь в передке. Неровен час, засту­ дим мальчонку, Николай Тимофеевич с меня голову сни­ мет. Рад-радехонек, что внука дождался. Он разобрал вожжи, натянул их, причмокнул и, как заправский ямщик, взмахнул кнутом. ■— Н-но-о, милая-я! Застоявшаяся лошадь тронула и резво потрусила по лесной дороге. Было морозно и очень темно, только вы­ соко над лесом ярко сверкали крупные звезды. Клава закрыла глаза и ей представилось, что она все еще едет в «Победе» и Евгений сидит рядом с ней. Василий Иванович потихоньку запел старинную ям ­ щицкую песню: Степь, да степь кругом, Путь далек лежит... Но кругом была не степь, а дремучий, скованный мо­ розом лес. Клава улыбнулась, Ей стало вдруг хорошо и приятно. Она едет домой, к родителям, где ее ждут, а все невзгоды теперь позади. Лишь одна беспокойная мысль по временам вспыхивала в ее мозгу: — Дядя Вася! А волков тут нет? — Может и есть, как им не быть в таком лесу, да нам-то что? Они нас не тронут. Не волков — плохих лю ­ дей надо бояться. «Таких, как моя золовка», — подумала Клава и поче­ му-то потрогала карман шубейки, в котором леж ала з а ­ писка Поморцева. «Со мной не пропадешь» — вспомнила она. Василий Иванович пел тихо, для себя одного: ...А во той степи Замерзал ямщик. Скрипел снег под полозьями, изредка пофыркивала лошадь да позвякивали кольца на уздечке. Ехали словно по длинному просторному коридору. Сани катились плав