b000002474

секавшего поляну. Он ехал крупной рысью мимо купы деревьев, держа направление на мой бивуак. Нельзя бы- ло не залюбоваться резвым сивым иноходцем, статной осанкой седока. Подъехав ко мне, незнакомец ловко соскочил с сед- ла, приветливо поздоровался и начал привязывать же- ребца к дубу. — Опички дома забыл, а курить страсть хочу, — про- говорил он, объясняя цель своего приезда, словно изви- няясь. Приезжий быстрыми, почти неуловимыми движения- ми пальцев достал из книжечки листнк бумаги, свернул изрядную цигарку и'прикурил от головешки. Он был уже стар, примерно одного со мной возраста. Худощавое лицо его сильно загорело, кожа на острых скулах была темно-коричневой. Правую щеку наискось пересекал длинный шрам. Концы не очень больших усов незнакомца слегка закручены кверху, коротко стрижен- ная борода обильно посеребрена. Когда он поворачивал- ся ко мне в профиль, виден был его тонкий орлиный нос с сухой горбинкой. И глаза у него были темные, как у птицы, с черными точками зрачков. Меня удивило, как он, пожилой человек, не постес- нялся одеть синие с красным кантом галифе, так здорово мог ездить верхом, был подвижен и ловок, словно юно- ша. На груди у него я заметил два ордена. От этого его потертая, подпоясанная шнроким солдатским ремнем и сильно выгоревшая гимнастерка выглядела парадно. На ногах у него были легкие хромовые сапоги с короткими голенищами, на запястье болталась запыленная ремен- ная плеть. Я предложил ему чаю. От угощенья он не отказался. — Вы кто — лесник? — спросил я. — Нет, я пастух здешнего колхоза, — с достоинством ответил он и назвал себя: — Василий Филиппович Березин, может, слыхали? Конечно, я елышал эту фамилию. Бывший боец Пер- вой Конной, прославленный в боях и в труде, старый бу- денновец хорошо знаком в наших местах. Колхоз, где он работал, был одним из лучших в районе. Я отрекомендовался ему, назвал полностью свой вы- сокий чин: ее величества ІІрироды слуга и повелитель, моей супруги постоянный неприятель, по рыбной ловле