b000002474

Подул свежий ветер, и сосновый бор глухо зашумел под его напором. Озеро потемнело, на всем видном -нам водном пространстве забегали сизые грѳбешки. В глуби- ,не лесной чащи резко вскрикнула беопокойная птица желна. «Быть дождю», — подумалось мне. Гуще задымил костер, пелена дыма скрыла от нас согнутую фигуру Крайнова. С минуту он постоял в дыму, потом не выдер- жал и, чертыхаясь, перешел на другое место, присел на чурку. Он сидел насупившись и, протянув руки к костру, грел свои жесткие, как доски, коричневые ладони, хотя было совсем нехолодно. Глядя на него, я улыбался и ду- мал: «Нашла коса на камень! Сердятся друг на друга, а ведь надо не сердиться, а радоваться. Невдомек чуда- кам, что после этого маленького сіпора каждый стал чу- точку лучше».' Неуснувший сом сердито ударил широким хвостом по траве и лениво перевернулся ,на спину, показав свое ярко- желтое брюхо, словно напоминая о себе. Первая в эту весну крупная добыча Васильева заставила нас снова подумать о предстоящем деле. Значит, настала пора лов- ли сомов. Вчера было рано, а нынче — самое время. Мы подогрели остывшую уху и, подкрепившись, стали гото- виться к ночному лову. VII. Минувшие три ночи Володя, хотя и был недоволен, послушно оставался на берегу. Но сегодня, посмотрев и потрогав пойманного Ваоильевым сома, подергав его за широкие, как весла, плавники, мальчик, с явной надеждой в голосе, попросил: — Разреши, папа, нынче поехать с вами. Очень хочет- ся поемотреть, как сомов ловят. Крайнов подумал и согласился. Про себя я одобрил его решение. Охотник за сомами, думалось мне, должен передать свое мастерство в молодые руки. Васильев молчал, но когда ночью мы пошли садиться в лодку, кашлянул и сказал вслед, ни к кому в отдель- носги не обращаясь: — Мальчонку-то вы напрасно с собой берете. — Ничего, пускай привыкает, не маленький, — отве- тил из темноты идущий впереди Иван Павлович, и он повторил ту же фразу, что была сказана дома жене: