b000002474

ведре стоял огромный, словно пылающий костер, букет цветов шиповника. Всюду на берегу сушились сети, круг- лые шахи, бредни. — В твои разбойничьи снасти сомы еще не попада- лись? Перевозчик в ответ только ухмыльнулся и отошел от нас. Я слышал, как он, подкладывая дров в костер, бо,р- мотал: — За сомами, голубчики, приехали! Не много ли за- хотели? Тут еще и настоящие-то рыбаки по десятку ка- расей не поймали. Одни колючие ерши в сетях трепе- щутся. Я не видел лица Васильева, но по движению его рук и плеч, по тому, как он резко швырял носком сапога го- ловешки в костер, по его неласковой встрече было ясно, что рыбак не в духе. Дело тут было, по-видимому, не только в том, что он чувствовал в нас соперников, — мно- гие рыбаки не терпят появления посторонних в облюбо- ванных ими угодьях, — но он, как мне казалось, был осо- бенно недоволен Крайновым. Васильев привык к тому, что все приезжающие здороваются с ним за руку, почти- тельно, с церемониями и даже слегка заискивают перед хозяином лагеря-— владельцем землянки и лодок. А тут, вместо всего этого, небрежный кивок головой при встрече- и грубоватый тон разговора. Вероятно, на это у Крайнова были какие-то основания, о которых я не знал. Мы не обратили внимания на его недовольство. Во- лодя надоедал ему с. вопросами: — Дядя Сема, а не страшно вам здесь одному? Ночыо, небось, волки воют? Васильев улыбнулся. — Что ты, сынок! Охотнику волков бояться не пол.а- гается. Звери меня должны страшиться, а не я их. Я здесь хозяин. Последние слова он произнес с какой-то гордостью, и я заметил, что Вова посмотрел на него с уважением. — А ты бы остался тут жить? — в свою очередь за- дал вопрос перевозчик. — Оставайся, будем вместе рыбу ловить, на уток охотиться. — Нет, дядя С е м а , — іподумав, ответил Вова. — Хоро- шо здесь, да мне этого не хватает. Мне кино нужно, биб- лиотека. Радио я люблю послушать. В школу надо хо- дить. Без товарищей здесь тоже Долго не проживешь.