b000002474

Так я шел в тот предвечерний час, полный тишины и покоя, и думал свою думу. 'Вдруг с левой стороны затре- щал кустарник и впереди меня на тропинку вышел Ти- хоня. Вспомнив рассказы пастуха, я остановился, слегка испугавшись. Бык гордо, величественно смотрел в мою сторону, как будто не узнавая меня. Дорога была пре- граждена. Я решил обойти Тихоню стороной, крупным лесом, и уже сделал от тропинки несколько шагов впр.а- во, в густые папоротники. Он как бы понял мое намере- ние и сошел с тропы на лужайку. С опаской проходил я мимо быка. Когда поравнялся сним , он поднял красивую головуи в глазах его я не прочел гнева. Он стоял спокой- но, тихо шевеля хвостом, и как будто говорил мне: «Иди, дядя Матвей, иди не бойся. Я тебя не трону». И я, не торопясь, пошел вперед, изредка оборачива- ясь. Бык плелся за мной в отдалении. Скоро я достиг берегов Кучей-Быша. Пройдя неболь- шой мокрый луг, усеянный белой кашкой, желтыми бу- бенчиками и гусиным луком, я вплотную подошел к реке. Тихоня, дойдя до середины луга, остановился и стал щи- пать траву. Здесь я знал одну хорошую заводь. Она наполовину заросла кувшинками и белыми лилиями. В ней было мно- го колод, а поэтому, кроме удочки, другими снастями ло- вить рыбу было невозможно. Тут я задержался. Вопреки моим ожиданиям, клев был плохой, и за весь вечер я поймал одну щуку да штук пять плотвиц. Очевид- но, появившиеся в этих местах выдры много уничтожили рыбы. Я смотал леску, разобрал свою трехколенную удочку. Было около восьми часов вечера, а до моей деревни нужно идти километров шесть. Наверное, старуха меня заждалась. Знаю ее обычай: повяжется серым полушал- ком, выйдет за деревню, сядет около Лисьего пруда и смотрит в сторону леса, откуда должен появиться ее не- путевый муженек. Другие жены ни в молодости на поте- ху, ни в старости на подмогу, ни по смерти на помин ду- ши. А у меня жена не такая. Хоть и браню я ее старой колотовкой, а жить с нею легко. Мы до старости вмесге дожили, как хорошую песню спели. Я стал собираться в дорогу. Сорвав в омуте два широ- ких круглых листа кувшинки, вытряхнул -на них из своей сумки остатки пищи — сухари, хлебные крошки, соль, ку-