b000002473

лет. Одна на двоих у них рабочая тумбочка. Юрий тоже его ученик. Брать на себя самую тяжелую но­ шу — это стало традицией наших ра­ бочих. Так было на всех крутых по­ воротах истории. Так было во время войны и после нее. Т ак продолжается сейчас. И то, что Виктор Андреевич не ищет для себя легких путей, идет на­ встречу трудностям, — дело вполне естественное. Он — из элиты рабоче­ го класса. В нем — отражение его традиций. Он — их наследник. Ему передавать йх, как эстафету, сы­ новьям. Я видел, как Савельев работал одновременно на трех станках. Энер­ гичный, подвижный, словно бы вдвое помолодевший, он уверенно, не суе­ тясь, управлял станками, заставляя их послушно выполнять необходи­ мую работу. Они урчали довольно, будто добрые звери. Правда, ему не раз приходилось на ходу утирать пот на высоком лбу рукавом темной спецовки, но это его ничуть не огорчало. Он весь был увлечен работой, находился во власти той созидатель­ ной музыки труда, которая делает человека красивым. Глядя на его движения, я видел, как оживает металл, согретый теплом человеческих рук. Широкое лицо его хотя и было сосредоточенным, все же оставалось добродушным. На правой щеке — заметная ямка, которая при улыбке слегка углубляется. Когда художник бу­ дет рисовать портрет Савельева, он обязательно заметит эту ямочку и оттенит ее на полотне умелым мазком. Выделит он и волосы — вьющиеся, темные, с чуть заметной сединой. На голове озерцом пробивается оінруглая лысина. Глаза большие, коричневые, в лучиках морщин, на собеседника смот­ рят непринужденно, приветліщо. Воротник серой рубашки р ас­ стегнут, чтоб легче дышалось. Руки, темные от металла, он и з­ редка привычно потирает ветошкой:. Роста среднего, плотный, коренастый, ничем среди других не выделяющийся.