b000002473

Добрые слова хочется сказать о Викторе Александровиче Земскове — моем заместннтеле по технической части. Он — инва­ лид войны, но продолжает работать так, что другим бы не ме­ шало поглядеть нн поучиться. На заводе много людей, но, ка­ жется, более заботливого, трудолюбннвого человека, беззаветно преданного своему делу, не так-то просто встретить. — Вот на таких ветеранах и держится наш цех, — сказал в заключение Анатолий Гришин . Войдя в кузнечный цех, как бы попадаешь в некое железное царство. Кругом груды заготовок и обработанных деталей. Но задевшнн за железо, шагу ступить нельзя. Один наш журнал недавно писал о том, что за последнее столетие человечество вклночпло в сферу своего использования десяткнн металлов, изобрело тысячи новых материалов. Однако железо было нн остается основой! экономики и пока не собирает­ ся терять эту роль. Начальнпппк цеха Андрей Алексеевич Жерихов, высокий, под­ тянутый блондин, в котором за версту узнаешь спортсмена, с гордостью рассказывает: — Наш цех полностыо газифицирован и эленнтрифицирован, о мазутных печах теперь вспоминнаем с ужасом. Далее он с увлечением говорит о молотах, горизонтально- ковочных машинах, мощных прессах, закалочньпх агрегатах и токах высокой частоты. Добрые слова звучат о его заместите­ ле Вениамине Ивановннче Коноплеве, о рабочих. Но более всего занимает его внимание закалочно-отпускной агрегат, сконструннрованный и установленный заводским отде­ лом механизации. Когда раскалепнную заготовку начнет танн и эдак ковать тяж ­ кий молот, она как бы кряхтит и стонет под его беспощадными ударами, в бессильной! ярости сыплет искрами, огрьнзается, но­ ровит обжечь кузниеца нн вырваться из его цепких рук. Но все напрасно. Из болваипки постепенно выковывается нноленчатый вал, металл подчиняется железной воле человека. Но что делается в это время с саминм металлом? Если загля­ нуть внутрь (а специалисты заглянули), увидишь, что струк­ тура металла стала, мягко говоря, неравномерной. Точнее го­ воря, под ударамнн молота она вздьнбннлась, взъерошилась, пере­ путалась, перемешалась, словно стекляшки в детском калейдоскопе, стала совсем непохожей сама на себя. Частицы металла, его молекульн вздыбленны, взбешены, до предела взъя-