b000002473

та. Об общей за все заводские дела ответственности. О том, что­ бьн каждый солдат знал свой маневр, а музыкант ор­ кестра — свою партию в сложном симфоническом произ- веденіни. Идет учеба кадров. Большая школа хозяйствованння. Семи­ нар организаторской работьн. Обучение критике нн принципи- альности. Инной раз и перепалка произойдет. Но это лишь полезно для дела. Различен возраст сидящих в зале. Но сразу видно, что есть определенно взвешенное соотношение старых, пожильпх нн мо­ лодых. У однннх кудрявая, как у Князева, голова. У других чер- ньнй чуб, как у нначалыника планово-экономического отдела Ивана Семеновича Храброва. Он хоть и не молод, а похож на чернобрового украинского парубка. У третыпх — льнсина во вено голову, как у Всеволода Михай­ ловича Лебедева — начальника прессового цеха или у Павла Георгиевича Бражнннкова — начальника инструментально- штампового отдела. Шутники говорят: если льнсина спереди — за доброту бог лица прибавляет. Если сзади — на чужих подушках частенько спишь. Почему-то все время не покидает странное чувство — бес­ покойное, требовательное. В зале не хватает чего-то очень важ ­ ного, существенного, жизненнно необходимого. А вот чего — нпн- как сразу не сообразишь, нескоро догадаешься. И что бы это значило? Что? Оперативка между тем идет своим чередом. Это совершенно неважно, кто первый ее придумал. Важно, что она есть и не какая-нибудь, а именнно вот такая, со всеми ее нюансами и стычками, что позарез нужньн для завода. Для того, чтобьн без скрипа, без тормозов, без подножек двигалось вперед производство. Опоздание на оперативку считается не просто наруше­ нием дисциплины, но бестактностью, которая долго не про­ щается. ѵ Вся жизнь завода, пульс производства, весь его быт, цехо­ вой колорит, все людские характеры, все плюсьн и минусы — все, как в волшебном зеркале, отражается здесь. У людей — дела и мысли на виду. Сразу заметят, кто знает свое дело, а кто его совсем не знает.