b000002472

заучивались наизусть, звучали с эстрады. Слова: «Как мы певали, Маша!», «Расти, Леонардо» — были у всех на устах. В очередной вторник я сел за стол вместе с Петькой. Прямо перед нами оказался сурово нахмурившийся бритоголовый человек, с квад­ ратным лицом и широким подбородком. Казалось, он смотрит на всех осуждающе и отчего-то сердится на нас. Я спросил: кто такой? Петька объяснил: писатель Борис Горбатов. У него в ту пору вышла первая книга «Ячейка», нашумевшая повесть о моих сверстниках-комсомольцах, которую я к тому' времени уже успел прочесть. Она мне сразу понравилась дельностью, простотой изложе­ ния, бодрым настроением. И вот теперь довелось лицом к лицу встре­ титься с ее автором. Надо сказать, что я тогда смотрел на известных писателей, что называется, разинув рот. На стройке своим товари­ щам рассказывал: — У нас Федор Панферов был. Выступал, читал отрывок из но­ вого романа. Или говорил так: — Если у кого надо поучиться, так это у Петра Павленко. Здорово пишет. Заходил к нам вчера на Таганку. Во время перерыва Борис Горбатов попросил: — Только здесь, ребята, не курите. Выходите в коридор. В следующий раз он читал нам главы из романа «Ваш-город». Роман хвалили и ругали. Сначала было трудно разобрать, хорош по­ лучился роман или плох. Самостоятельного мнения о романе я еще составить тогда был не в силах. Остряки в раздевалке каламбурили: — Горбатова могила исправит. Я же смотрел на автора во все глаза и отчаянно ему завидовал. В моем представлении он уже тогда был чуть ли не классиком. А как же иначе? У него вьшгла в свет хорошая книга, благосклонно принятая читателем, написан новый роман «Нашгород», который, конечно, тоже будет издан. За свои конфеты он уже расплатился. Мне же еще предстояло платить. Все до сих пор написанные мною вещи мне само­ му казались жалкими побрякушками. Обидно было за самого себя, и эта обида усиливалась от сознания того, что оба они — Гусев и Горба­ тов — были совсем не намного старше меня, почти ровесники, а так лихо преуспели в литературе, шагнули далеко вперед. А время шло... Как-то раз отец сказал: — Садись, сын, слушай. Вот что я надумал. Бери паспорт, пой- №м нынче в Казахское представительство на Чистые пруды, завербу- емся на работу в Алма-Ату. Им люди нужны. Давно меня друзья при­ глашают. Заработки там хорошие, а жизнь дешевая. На дорогу аванс