b000002472

лась у него, бывшего беспризорника, выходца из оренбургских сте­ пей, иностранная фамилия. — От отца, которого я не помню, мне досталась фамилия Конюх. Но разве можно юноше, пробивающемуся в поэты, жить с такой не­ благозвучной, как мне казалось, фамилией? И стал я ее постепенно, год за годом, по буковке изменять. Паспорта у меня не было, а учет­ чики в детдоме и в коммуне писали в своих бумагах, как говорил. Так мало-помалу превратился я в мистера Кенига... За рулем старенького «Москвича», на котором мы отправились в путешествие, сидел молчаливый Борис Владимирович Троицкий, темноволосый и смуглый. Он — человек технической мысли, инже­ нер, заместитель главного конструктора станкостроительного завода. Насколько я помню, Троицкий, когда не был за рулем, ни на минуту не выпускал из рук масленок, гаечных ключей и отверток, отклады­ вая их разве что во время завтрака, за обедом или ужином. Третьим был тот, кто удачно придумал наше путешествие, — Ана­ толий Сергеевич Мольков. Небольшого роста, грузноватый, с луно­ образным лицом, на котором выделялись большие, темные глаза, а на пухлых щеках — ямочки, что так нравились в юности его синегла­ зым подругам. Подполковник в прошлом, кадровый офицер во вре­ мя Отечественной войны — он всю жизнь служил педагогом, препо­ давателем, партийным работником. «Со мной не соскучишься», — говорил его неунывающий вид. Но была у моих спутников в юности общая страница биографии: в первые годы революции они воспитывались в одной большой семье — Мстерской школе-коммуне. Коммуна эта, как родная мать, в горь­ кую минуту приняла их, воспитала и вывела в люди. Такое не забы­ вается. Мои коммунары ласково звали друг друга уменьшительными име­ нами: Толя, Паша, Боря. Меня они вежливо величали по имени-отчеству, но в это не вкла­ дывалось отчуждения, обособленности, просто в их глазах я был че­ ловеком «со стороны». Между тем, синий «Москвич», скрипя и покряхтывая, потихонь­ ку катил по шоссе Москва — Горький к цели нашего путешествия — зеленокудрой Мстере. Все трое молчали. Каждый в душе готовился к встрече с бывшей коммуной. Их состояние легко было понять: с тех пор прошло более сорока лет. Неподалеку от мстерского поворота машина вдруг застучала. Тро­ ицкий вылез, походил вокруг нее с ключом и отверткой, осмотрел мотор и объявил без особого огорчения: — Ремонт нужен. Две-три неисправности, масло течет.