b000002472

Припасы иссякали, в семье не оставалось и щепотки соли, прихо­ дилось надолго переходить на черный хлеб и картошку, да и те зани­ мать у соседей, влезать в долги. И вынужден был Шикарный класть зубы на полку. — Василий Андреевич, — говорили ему, — от мотовства недолго и шарманку одеть. — Полно, брат, выкрутимся! — с наигранной веселостью отвечал он. — Корову продадим — барбоса купим. В такие времена отец начинал замышлять какую-нибудь штуку: любил завербоваться и уехать куда попало, что-нибудь продать, лег­ кий, шальной аванс где-нибудь перехватить, да такой, чтобы по воз­ можности ни отрабатывать, ни возвращать не пришлось. Вся жизнь его состояла из подобных забот, таковы были его обычаи. Я не осуждаю его, — в конце концов он был не князь Волконский и не граф Монте-Кристо, а простой штукатур. Кстати сказать, он был не одинок в своей неустойчивости житей­ ской и в чудачествах. Мужчины в те трудные годы пели у нас так: Перестал курить и пить, Думал: легче будет жить. Эдак делал, так пытал, Так и эдак голодал. В детстве многое в поведении отца и его друзей было для меня непонятным. На первых порах я старался осмыслить себе весь образ его жизни, выбрать что-то в качестве примера, но это было мне тогда не по силам. Бывало так: сойдется в доме отец с кем-нибудь из приятелей и го­ ворят за бутылкой водки целый день, весь вечер, рассказывая друг ДРУГУ разные истории. Для меня они в ту пору были неинтересны. Я относился к ним безразлично, не понимал тогда, как хорошо бы мне все это запомнить. Так случается нередко, что все мы до поры не знаем, как в жизни может пригодиться то, мимо чего проходим рав­ нодушно. Итак, сидят друзья до глубокой ночи. Они дочиста выпь­ ют два самовара, съедят каравай хлеба, опорожнят чашки три капус­ ты с огурцами, полуведерный чугун картошки. Отец любил крепчай­ ший чай и пил его за один присест по восьми стаканов. Поставит ногу на стул, обопрется локтем о свое колено и вприкуску прихлебы­ вает, не торопясь, из блюдечка. Если глубоко не вдумываться в смысл всего их разговора, в сам факт встречи, то выходит, что гость вроде бы пришел только за тем, чтобы узнать, когда отец собирается ехать в Москву на заработки и можно ли поступить на работу в его артель? Все это, как мне казалось, можно было решить в пять минут, без всяких там чаев и рассусолива- ний, тем более, что от отца в этом деле ровно ничего не зависело (и