b000002472

лем был Иван Степанович Ивлев, по прозвищу Барин. Тут же жила и Анна Семеновна Малкина — единственная из женщин, что осталась единоличницей. Постепенно Курмыш слился с Шивогоркой, село продолжало зас­ траиваться. «Пограничным столбом» между этими двумя частями Семеновского служил каменный дом Марфы Соколовой — он стоит как раз между Курмышом и Шивогоркой. Тут слободка делает уступ, местность понижается. В уступе этом, несколько в стороне от общего порядка, выстроены были дома сельского духовенства — попа, дья­ кона и псаломщика. В одном из них, бывшем поповском, ныне живет председатель семеновского колхоза «Передовик», тридцатитысячник Василий Андреевич Шилин. Дьяконовский дом не уцелел. На его месте растут бурьян, лебеда, репейник да крапива. Осенью и зимой здесь пируют птицы — снегири и синички, щеглы и чижи. Много позднее других слободок на южной стороне возникла, на­ конец, по счету последняя — Тужиловка. Название само за себя го­ ворит. Крестьяне тут жили и тужили — это была беднейшая часть села: батраки, безлошадники, беднота и голытьба сельская, что из долгов круглый год не вылезала, те жители-горемыки, у которых своего хлеба до нового урожая не хватало. Это у многих из них — ни обугь, ни одеть, а постлать они и не заводили — спали на соломе. Тужилов- ские дети зиму сидели на печи, не ходили в школу, потому что не в чем. Ели горох и мурцовку, картошка считалась лакомством, а зимой молоко шилом хлебали. — Пока тужилка натужится — живилка досыта наживется,— так с грубоватой откровенностью посмеивались над тужиловцами те, кто был побогаче. Нужда гнала мужиков из деревни — с осени уходили они в Москву на заработки. Тут что ни дом, то штукатур. Эта профессия у семе­ новских потомственная, старинная. Деды и прадеды тоже были от­ ходники, строили белокаменную столицу. Почти круглый год они работали в Москве, домой наведывались только на праздники. А вся тяжесть деревенских работ в доколхозную пору ложилась на женщину. Она пахала, сеяла, косила, хлеб молотила, дрова рубила и ораву де­ тей выращивала. Гордостью Тужиловки является Иван Григорьевич Моисеев — са­ довод, книгочей, сельский мудрец, философ и пчеловод. Справед­ ливей его не было на селе человека — таково было единодушное мне­ ние односельчан. Тужиловка — моя родина и моя колыбель, потому я ее, горькую судьбу мою, особенно люблю. Тут напротив Хвалова прогона стоял наш дом, тут я родился и провел свои первые годы. Здесь начались мои дороги. В этом родном гнезде, в пригоршнях земли, зрели и совершались всяческие детские замыслы. К о . ^ £44 17