b000002472

вот догонит его бык и сомнет. Сорвал подпасок с себя плащ, а Тихо­ ня тут как тут. Алешка кинул ему на рога плащ, а сам в сторону — и скорей к лесу. Пока бык с плащом возился, Алешка успел залезть на березу. Тихоня сбросил с головы плащ, подбежал к березе, но уже по­ здно. Так что он делал! Начал реветь и копать землю ногами. Алешка сказывал, комья земли далеко летели. Упал на колени, рогами зем­ лю ковыряет, качает дерево, а сам все ревет. Вспахал всю землю вок­ руг' этой березы, я после сам видел. Вот тебе и Тихоня! Потом отошел к кусту и стоит. А Алешка так и сидел всю ночь на березе. Лишь на рассвете, когда затрубил Андрюшка в рог, снял Тихоня осаду. Услыхал он, чертило, Андрюшкину трубу и опрометью бросился к колхозному двору. Дес­ кать, с Алешкой ничего не поделаешь, так на Андрюшке зло сорву. Вот такой, громила, злопамятный! Слез Алешка с дерева, на земле стоять не может, ноги занемели, руки дрожат. Шутка ли просидеть всю ночь на березе! Физкультура не слишком приятная. Отдохнул он немного, разыскал изорванный быком плащ и поплелся в деревню. А я в это время гнал лошадей из ночного. Слышу, ревет наш забияка. Но я-то его не боялся, потому что животных никогда не быо, да к тому же, я верхом вот на этом своем иноходце. Утро было туманное. Гляжу, идет стороной какой-то зверь: по шерсти похож на нашего быка, а по рогам — вроде как лось. Подъезжаю ближе и чуть с лошади не упал от смеха. Вижу, идет Тихоня долком к лесу и воет, а на рогах у него худая борона. И смех, и горе. Подгоняю лошадей к нашей конюшне. Конюх мне и говорит: «Дядя Вася! Не видал ли ты Тихоню? Он чуть было Андрюшку не закатал, да тот успел за старую борону спрятаться. Сидит теперь в амбаре, выхо­ дить боится». Я пошел в амбар. Подпасок лежал на сене и, читая какую-то по­ трепанную книжку, улыбался. Спрашиваю его: «Как дела, Андрюшка?» «Чуть было не пришлось жизни лишиться, дядя Вася! Да помогла мне старая борона, приваленная к стене конюшни. Выскочил Тихо­ ня откуда-то — и за мной. А у меня и кнут не распущен. Я бросился от быка, а гляжу, он меня настигает. Я и нырнул под эту борону. Верно, говорят, дядя Вася, что утопающий за соломинку хватает­ ся... Бык мотнул головой — борона взвилась кверху да углом зацепи­ лась за крышу, а оттуда - бац Тихоне на голову и застряла в рогах! Он толовой мотает, а борона все застревает. Я вскочил — да к амбару. Бык с бороной — за мной. Спасибо, наши доярки тетя Поля с Ду­ няшкой его кое-как отогнали». «Будешь знать, как понапрасну животное бить», — проворчал я.