b000002472

Вот теперь-то я рассмотрел широкогрудого быка во всем его вели­ колепии. Это было огромное животное, серое, с темными подпали­ нами на хребте и загривке, мускулы так и играли под гладкой кожей. Левое ухо было до половины рассечено. По всей вероятности, бык обладал необычайной силой. Точеные рога его выдавались вперед. Это, наверное, давало ему преимущество в поединке. «Откуда ты взялся, красавец? — мысленно задавал я вопрос. — Видно, ты такой же, как я, любитель речной воды лесной прохлады, тишины и покоя». После сытного обеда я прилег в тени, на своей палатке, уснул крепким, но чутким сном. Проснулся я от жарких лучей, бьющих в лицо. Солнце клонилось к западу. Под дубом, где я лежал, уже не было тени. Я не сразу поднялся. Приятно было лежать, слегка щурясь от солнца, наблю­ дать, как бегут по синему-синему небу легкие облака, слышать, как беззаботно щебечут лесные птички. Наконец, я стряхнул с себя лень и сонливость и встал. Подбросив в угли сухих веток, сходил на речку, вымыл с песком котелок, умылся и стал кипятить чай. И только тогда заметил, что быка на поляне не было. По-видимо­ му, он покинул меня, пока я спал. «Мягкой и сочной тебе травы, красавец-бычара!» Скоро вода в котелке закипела, и я принялся пить чай. После да­ вешней ухи сильно хотелось пить, и я выпил подряд две большие круж­ ки. Жара еще не спала, спешить было некуда. И тут я заметил всадника. Он ехал крупной рысью мимо купы деревьев. Нельзя было не залюбоваться резвым сивым иноходцем, статной осанкой седока. Подъехав ко мне, незнакомец ловко соскочил с седла, приветливо поздоровался и начал привязывать жеребца к дубу. — Спички дома забыл, а курить страсть хочется, — проговорил он, объясняя цель своего приезда и словно извиняясь. Приезжий быстрыми движениями пальцев достал из книжечки листок бумаги, свернул цигарку и прикурил от головешки. Он был уже стар, примерно одного со мной возраста. Худощавое лицо его сильно загорело, кожа на острых скулах была темно-корич­ невой. Правую щеку наискось пересекал длинный шрам. Концы усов незнакомца слегка закручены кверху, коротко стриженная бородка посеребрена. Когда он повернулся ко мне в профиль, виден стал его тонкий орлиный нос с сухой горбинкой. И глаза у него были тем­ ные, с черными точками зрачков, как у птицы. Меня удивило, как он, пожилой человек, хорошо мог ездить вер­ хом, был подвижен и ловок, словно юноша. На груди у него я заме­ тил два ордена. От этого его потертая, подпоясанная широким сол