b000002472

кому. Лицо мне показалось нежным-нежным. Щеки чуть-чуть розо­ вели, загар лишь слегка притемнил кожу, будто само беспощадное солнце не решалось нечаянно испортить девичью ее красу. Не могу вам выразить, это в ней было особенно привлекательно, но девушка была красива, — это я точно знаю. Тут, видите ли, как в музыке: слушаешь, понимаешь, мелодия увлечет тебя, а в чем именно заклю­ чена ее сила — того, объяснить не властен. Всадница ловко осадила лошадь, приветливо поздоровалась с нами и, не слезая с седла, лишь слегка наклонившись, сказала напевно­ мягким голосом: «Дядя Кондратий, вам Никита Иванович наказывал завтра в село приходить». Кивнул он тогда головой: «Ладно, мол, слышал». А она поверну­ ла коня, легко перемахнула невысокое прясло, да и поскакала обрат­ но в лес, только топот раздался. Все это длилось каких-нибудь две минуты и было как видение. Я спросил потом про нее: кто такая? Но дядя Кондратий — человек неразговорчивый. Погладил свою мягкую бородку, ответил равнодушно и коротко: «Девка-то? Племянница моя». И большего я от него ни в этот раз, ни потом не мог добиться. А в память она мне запала... Пасмурным днем бродил я по берегам Бужи в поисках дичи и на­ брел в Федоринской низине на конский табун. Вижу — управляет им девушка, да так смело, будто век этим занималась. Лошади в табуне все гнедые, сытые, крепкие. Среди них — на это я сразу обратил внимание — неуемно резвилась тонконогая рыжая кобыла с белым пятном на лбу. «Звездочка, Звездочка!» — звала ее девушка. Та послушно откли­ калась на зов хозяйки, подбегала к ней и получала что-нибудь лако­ мое. Видно, что Звездочка была любимицей. Я подошел к девушке и, как полагается вежливому кавалеру, от­ рекомендовался. Зовут, говорю, меня Степан Андреевич, как види­ те, охотник, а сам из города и по специальности учитель. Словом, все по форме. Спросил, как ее зовуг. «Таня Спиридонова, — просто ответила она и спешилась. — А я вас узнала». Мы с Таней присели на траву в тени ив и мало-помалу разговори­ лись... Надо вам признаться, что был я в ту пору молод, зелен, как стру­ чок гороха, и, не стыжусь признаться, по-телячьи глуп. Знаете, бывает такое у человека, учился, получил заветный диплом, стал работать и, кажется, всего достиг — и желать больше нечего. Никаких планов насчет Тани я, разумеется, не строил, а заинте­ ресовала она меня незаурядной внешностью, верховой ездой да пасту­ шеским занятием. Знаете, как путешественник в дальних странах подчас